Читаем Медведь и Дракон полностью

— Джек, мы живём в несовершенном мире. Ты не можешь надеяться, что всегда будешь поступать правильно. Лучшее, на что можно надеяться, — это совершать правильные поступки почти всегда — по сути дела, можешь остаться довольным, если в конечном итоге правильные поступки перевесят не совсем правильные. Политика — это искусство компромисса, когда ты принимаешь важные решения, необходимые для тебя, уступая другим в менее важных вещах, которые они хотят получить. Поступая таким образом, ты остаёшься человеком, который даёт что-то, а потому создаётся впечатление, что они не берут, а получают от тебя, потому что ты босс. Ты должен понимать это. — Арни сделал паузу и отпил несколько глотков кофе из чашки. — Джек, ты работаешь очень напряжённо и учишься очень быстро — для ученика четвёртого класса средней школы, — но тебе нужно овладеть подобными вещами до такой степени, что, принимая решение, ты даже не будешь думать, насколько оно правильно. Весь процесс должен стать для тебя таким же естественным, как застёгивать молнию на брюках, после того как сходил в туалет. Ты все ещё не понимаешь, насколько хорошо справляешься со своими обязанностями. — Может, это совсем неплохо, добавил про себя Арни.

— Сорок процентов людей не считают, что я хорошо справляюсь со своими обязанностями.

— Зато пятьдесят девять процентов считают, и к тому же многие из этих сорока процентов всё равно голосовали за тебя!

Прошедшие выборы отличались необыкновенно большим числом вписанных в бюллетени кандидатов, причём особенно часто вписывали имя Микки Мауса, напомнил себе Райан.

— Что я сделал такое, обидевшее стольких людей?

— Джек, если бы опрос Гэллапа проводился в древнем Израиле, Иисус был бы, наверно, обижен его результатами и вернулся к профессии плотника.

Райан нажал кнопку на своём телефоне.

— Эллен, зайдите ко мне.

— Хорошо, господин президент, — ответила миссис Самтер, пользуясь не слишком секретным кодом, существующим между ними. Через тридцать секунд она вошла в кабинет с опущенной рукой. Подойдя к президенту, она протянула руку с сигаретой. Джек взял сигарету и зажёг её бутановой зажигалкой, потом достал пепельницу из ящика стола.

— Спасибо, Эллен.

— Не за что, господин президент. — Она вышла из кабинета. Каждый второй день Райан передавал ей долларовую банкноту, оплачивая этим свой сигаретный долг. С течением времени этот процесс становился у него все более совершенным, и теперь он выкуривал не более трех сигарет в особенно напряжённый день.

— Смотри, чтобы об этом не пронюхали средства массовой информации, — посоветовал Арни.

— Да, я знаю. Мне разрешено завалить секретаршу прямо здесь, в Овальном кабинете, но если меня застанут с сигаретой, то это сочтут преступлением, равным жестокому обращению с ребёнком. — Райан глубоко затянулся сигаретой «Виргиния слим», отдавая себе отчёт в том, как отнесётся к этому его жена. — Если бы я был королём, то сам формулировал бы эти гребаные правила!

— Но ты не король и потому не можешь, — напомнил ему Арни.

— Моя работа заключается в том, чтобы сохранять, оберегать и защищать страну.

— Нет, твоя работа заключается в том, чтобы сохранять, оберегать и защищать конституцию, что является гораздо более сложным. Не забывай, что для обычных граждан фраза «сохранять, оберегать и защищать» означает, что им платят каждую неделю и они кормят на эти деньги свои семьи, раз в году проводят неделю на пляже или, может быть, в Диснейленде, а осенью смотрят футбол каждую субботу. Твоя работа состоит в том, чтобы они чувствовали себя удовлетворёнными и в безопасности не только от иностранных армий, но и от всех превратностей судьбы. Зато хорошая новость заключается в том, что если ты осуществишь все это, то сможешь провести на этой работе ещё семь лет и затем уйти на пенсию, провожаемый всеобщей любовью.

— Ты ничего не сказал о проблеме наследия.

Райан заметил, как вспыхнули глаза Арни при этих словах.

— Наследие? Любой президент, который слишком беспокоится об этом, оскорбляет бога, а это почти так же глупо, как оскорблять Верховный суд.

— Да, и когда дело Пенсильвании[20] попадает туда…

Арни поднял руки, словно защищаясь от удара.

— Джек, на твоём месте я стал бы беспокоиться об этом, когда придёт время. Ты не согласился с моим советом относительно Верховного суда, и пока тебе везло, но если — нет, когда разразится буря, ты окажешься в тяжёлом положении. — На такой случай Арни ван Дамм уже планировал стратегию защиты.

— Может быть, но я не стану беспокоиться об этом. Иногда проще предоставить решение судьбы воле случая.

— А иногда смотришь по сторонам, стараясь убедиться, что проклятое дерево не свалится на тебя.

Интерком Джека загудел в тот момент, когда он погасил сигарету.

— Сенаторы только что вошли через Западный вход, — раздался голос миссис Самтер.