Читаем Мечты о морозе полностью

Я смущаюсь, потому что он поймал меня на том, что я так много ругаюсь.

— Ну, он определённо полон пламени, — говорю я. — А ебать?

Он немного смещается.

— «Ебать» считается худшим из всех ругательств. Оно передаёт предельное разочарование и гнев. Но оно означает и другие вещи.

— Какие, например? Ебать, — говорю я, пробуя слово.

Я думаю, что оно моё любимое, на текущий момент. Оно удовлетворяет.

Кедрик немного двигается и усмехается.

— Это также означает, эм… делать детей.

— Ох, — моё лицо пылает от тренировки, но становится ещё горячее. — В вашем мире много слов, которые обозначают создание детей.

Кедрик усмехается и закрывает глаза.

— Это потому, что мы проводим много времени в попытках сделать их. Я бы отдал два или три пальца, чтобы увидеть твоё лицо, когда ты увидишь наш мир.

Он смеётся и закрывает глаза. Он кажется очень уверенным в том, что я попаду в Гласиум.

Не прошло и дня, как я узнаю свой ответ на просьбу Кедрика. Он прав. Мой собственный страх тянет меня ко дну. К моему удивлению, мысль о том, что он увидит моё лицо не такая пугающая, как была раньше. Возможно, потому что я знаю, как сильно он любит меня. Другая часть моего сознания считает, что мне не придётся жить с его реакцией, если ему не понравится моё лицо, потому что он уезжает через два дня. Большая часть говорит, что это так же хорошая мысль, потому что мать не сможет убить его, если узнает, что я показала ему своё лицо.

Надеюсь, что ему понравится моё лицо. Это детская, тщеславная тревога. Кедрик влюбился в меня, не видя моего лица. Я должна верить, что он всё ещё будет любить меня, когда я буду без вуали.

ГЛАВА 10

Несмотря на моё пылкое желание, чтобы время замедлилось, Осолис и Гласиум продолжают вращаться. Малир говорит мне, что делегаты уже собрали вещи и с нетерпением ждут возвращения к своим семьям. Эта мысль занимала меня весь предыдущий день, и я чуть не взорвалась от волнения, коря себя за то, что не подумала об этом раньше. Что мешало нам встретиться на Оскале, великом шельфовом проходе между двумя нашими мирами? Я могла сделать копию его карты. Но реакция Кедрика, когда я заговорила об этом, разрушила все мои новые надежды. Он заставил меня пообещать, никогда не ходить по нему, сказав, что он похож на плавучий лабиринт, в котором можно провести месяцы, дрейфуя и медленно умирая с голоду. Небольшие участки скалы выглядели отсюда не так уж плохо, но я пожала плечами и согласилась не делать этого, пытаясь скрыть своё разочарование.

Сегодня ночью я покажу Кедрику своё лицо.

Принцу необходимо было провести церемонии отъезда и организовать поездку, что заняло большую часть его дня. Я видела его только во время трапез, уходя раньше, чтобы продлить наше совместное времяпрепровождение. Я предвкушала сегодняшний вечер с нетерпением и изрядной долей тошноты.

Я провела день с Оландоном и близнецами, взяв их в деревню. Близнецы никогда раньше тут не были, и я была рада увидеть, что они получают удовольствие. Деревенские жители обходят нас стороной. Интересно, репутация близнецов опередила их, или, может быть, хмурый взгляд Оландона.

Когда званый ужин заканчивается, я сижу в своей комнате. Сегодня днём я пропустила тренировку и работу в приюте, чтобы посетить источники в попытке сделать себя более привлекательной. Мне никогда не приходилось заботиться об этом раньше, я понятия не имела, как к этому подступиться. Внезапно замысловатые прически, драгоценности и расшитые бисером одеяния придворных перестали казаться такими уж глупыми. Я даже подумала о том, чтобы втереть в губы немного ягодного сока, как это делали другие женщины-Солати моего возраста. Вместо этого я, как обычно, вымыла волосы и немного усерднее потерла лицо.

Эти последние мгновения тянутся дольше, чем вся неделя вместе взятая. Однако неизбежно дым ползёт по небу. Я вылезаю в окно и спускаюсь по дворцовой стене из Каура, чтобы встретиться с Кедриком, чувствуя себя взволнованной и немного сломленной одновременно. Кедрик предположил, что мы просто можем снять мою вуаль у Аквина, после тренировки. Но я не хотела, чтобы кто-то ещё был рядом, когда вуаль будет снята, даже Аквин. Особенно учитывая, что в последнее время он был таким странным. Темнота также привлекала меня, возможно, он не сможет разглядеть мои недостатки при плохом освещении. Моё чувство тревоги так же не ослабевало, поэтому я велела ему встретиться со мной у дерева Каура, в которое я бросила его несколько недель назад.

Я ползу вдоль стены дворца, пока не добираюсь до линии деревьев, и держусь за неё, пока не перестаю видеть большую тень дворца. Я жду у дерева Каура и вскоре слышу хруст листвы от приближения Кедрика. Лёгкость его шага лишь немного улучшилась благодаря тренировкам Аквина. Это был огромный источник разочарования для них обоих.

Мои глаза уже привыкли к темноте, и я различаю очертания Кедрика на поляне. Он притягивает меня в свои объятия, и несколько мгновений мы просто держимся друг за друга.

— Сегодня был ужасный день, — говорит он тихим голосом.

Может быть, подобно мне, он не желает тревожить ночь.