Читаем Меч Севера полностью

— Я думал, ты собирался удрать, — прошептал он. — А ты вообще ни слова не говоришь. Что случилось с человеком, который противостоял Корваку? Человеком, который был полон решимости вернуться домой к своей девушке?

— Его больше нет, — тихо сказал Коул.

— Нет?

— Именно. Мне больше ничего не осталось, кроме этого места. — Он протянул руки к изгаженному людьми пейзажу.

Рог зловеще вздымался ввысь, нависая над расщелинами в черной земле, из которых Бешеные Псы поднимали сейчас шахтеров.

Неторопливо подошел Корвак, и Коул подался назад. Предводитель Бешеных Псов заглянул в повозку и одобрительно хмыкнул.

— Неплохая дневная выработка. Если будешь продолжать в таком же роде, я могу решить, что ты опять заслуживаешь денежного содержания.

Надсмотрщик неожиданно пододвинулся к Коулу, так что они оказались вплотную друг к другу. Глаза Корвака уставились на него, безумно сверкая, его тонкие губы изогнулись в усмешке.

— Попытайся оттрахать меня снова, и ты знаешь, что случится. Не так ли, сука? — Он медленно похлопал по своей ладони рукояткой кирки, которую держал в руке.

Коул сглотнул.

— Да, — прошептал он.

— Хорошо. А теперь возвращайся в город. Не хочу видеть твою бледную рожу до завтра. Ты понял?

— Да.

Протянув руку, Корвак потрепал Коула по щеке, а потом присоединился к своим людям. Он что–то сказал Бешеным Псам и указал на Коула, вызвав дикий взрыв смеха.

— Что это было? — спросил Улыбчивый.

— Ничего. — Коул повернулся спиной к своему другу.

Сгорбившись, он отправился в долгий путь к Новой Страде.

Когда он пришел, ночлежка была полупустой. Он вошел в общий зал и взял у повара свой ужин, затем поднялся по лестнице и тихо вошел в спальню, не желая привлекать к себе внимания. Дойдя до своей койки в конце комнаты, Коул сел и скинул сапоги. Он засовывал в рот теплое варево и почти не жевал — это требовало слишком больших усилий, ему хотелось лишь рухнуть в кровать. Несмотря на крайнее изнеможение, он почти не мог спать в последнее время. Кошмары не давали ему уснуть.

Он наполовину опустошил миску, когда на его кровать упала тень. Подняв глаза, он увидел, что на него уставился Тесак. В его руке что–то блестело. Нож, украденный из кухни.

— Дай мне свою еду, — мягко сказал Тесак.

У него были своеобразные манеры и смешная походка, из–за которых люди могли его недооценивать. Опасная ошибка, как уже обнаружил один из шахтеров.

Коул покачал головой.

— Нет, это моя.

Светосфера, свисающая с потолка, заливала Тесака зловещим светом. Снаружи огромная туча, которая начинала сгущаться, когда Коул возвращался в Новую Страду, решила избавиться от своего бремени. Первые капли дождя забарабанили по крыше.

— Голди говорит, что Корвак сделал тебя своей подружкой. — Тесак хихикнул и оглянулся, как озорник, который открыл тайну, которую не должен был узнать. — Говорит, что он собирается тебя сломать.

Сердце Коула упало.

— И почему он не оставит меня в покое? Я делаю то, что он мне говорит. Чего же еще он хочет?

Тесак прыснул.

— Голди не позволит ему забыть, что ты ей сделал.

— Я ничего не сделал.

— А она говорит другое. — Тесак покачал головой, на его лице явственно читалось отвращение. — Я не считаю себя ангелом. Я убивал людей. Заживо сдирал с них кожу. Но я никогда не относился непочтительно к женщине, как ты — к Голди. Нельзя так обращаться с женщиной.

Коул уставился в горящие осуждением глаза Тесака. После всего, что он выстрадал, после того, что с ним сделали в ту ночь за таверной, этот хладнокровный убийца будет его укорять?

Светосфера на потолке, казалось, стала светить ярче. Барабанная дробь дождя снаружи превратилась в грохот. Как если бы масло плеснули в огонь, в Коуле вспыхнула ярость, внезапная и чудовищная, как в ту ночь, когда он впервые появился в Новой Страде и обнаружил, что кто–то обделал его кровать. Он чувствовал, как неистовый гнев пульсирует в его жилах, и потребовалась вся его сила воли, чтобы не броситься тут же на Тесака.

— Ты идиот! — рявкнул он. — Оставь меня в покое!

Тесак ногой выбил миску из рук Коула. Ее содержимое выплеснулось Коулу в лицо, на его шахтерскую одежду и даже на кровать. Рагу в этой миске — это единственная еда, которую он мог получить до утра. Тесак поступил бы куда добрее, если бы просто нассал Коулу в лицо.

Охваченный яростью, Коул бросился на Тесака, пытаясь сбить его с ног. Но за последние два месяца он сильно ослаб, и, потеряв голову от бешенства, он забыл все уроки Темного Сына. Гибкому Тесаку удалось сохранить равновесие, он засадил Коулу коленом по яйцам и, свалив на пол, приставил нож к шее.

— Ты — тупое дерьмо. — Дыхание Тесака было горячим и кислым. — Ты — подружка Корвака, иначе я убил бы тебя, как того педика. Но тем не менее я еще могу поразвлечься. — Рука Тесака скользнула вниз по его телу, нож сверкнул в лучах светосферы. Сцепившись, они несколько отошли от светосферы, и по мере удаления от ее зловещего света Коул почувствовал, что его гнев почти мгновенно сменился отчаянным страхом.