Беобранду потребовалось всего лишь несколько дней для того, чтобы превзойти в умении сражаться и Артаира. Этот коренастый валлиец был сильным и умелым воином, но явно уступал Беобранду в скорости движений и интуиции насчет того, как образом он мог бы победить конкретного противника. А еще он был очень предсказуем. Его брат Хавган представлял собой нечто совсем иное. Он был высоким – таким же высоким, как Беобранд, – и быстрым, как кошка. Он уступал Артаиру в опыте и мастерстве, но компенсировал это тем, что был гораздо менее предсказуемым и куда более быстрым. После двух недель тренировок Беобранд все еще проигрывал Хавгану почти в каждой второй схватке.

Когда Беобранд спросил Хенгиста, нельзя ли ему сразиться и с ним, тот засмеялся и сказал:

– Ты не сможешь оказать мне серьезное сопротивление до тех пор, пока не будешь в состоянии одолеть всех остальных.

У Беобранда все никак не получалось выходить победителем из схваток с Дренгом – не получалось на протяжении нескольких недель.

Этот пожилой воин обладал таким большим опытом и был таким мастаком по части блокирования ударов щитом и саксом с очень длинным клинком, что Беобранду, как он ни старался, не удавалось найти слабое место в защите Дренга. Любая из их схваток заканчивалась тем, что Дренг без особых усилий умудрялся коснуться кончиком клинка своего сакса той или иной части тела Беобранда – коснуться там, где ему заблагорассудится. Иногда он колол его до крови. Он неизменно делал вид, что это произошло случайно, и извинялся перед Беобрандом. Однако в глазах у него появлялся блеск, он облизывал губы мясистым языком и потом в течение некоторого времени словно улыбался сам себе.

Ситуация изменилась после того, как Хенгист сказал Беобранду, что тот уже овладел основными навыками боя с копьем и теперь следует перейти на клинок.

– Меч – вот оружие настоящего воина, – сказал Хенгист, проводя пальцами по покрытой мехом рукояти своего широкого меча. – Если ты не можешь заполучить меч, то выбери сакс с очень длинным клинком. Пока что можешь попользоваться моим.

Он бросил Беобранду свой сакс. Он был длиннее любого кинжала и представлял собой более внушительный вариант обычного сакса – заточенного лишь с одной стороны большущего ножа, благодаря которому соплеменников Беобранда и Хенгиста валлийцы прозвали саксонами.

Взяв в руку этот сакс, Беобранд сразу же почувствовал, что держать его очень удобно. Конечно же, это был не тот клинок, о котором он всегда мечтал, но сакс отличался хорошим балансом, и все те навыки, которые привил ему Селуин, позволили Беобранду сразу же проявить определенное мастерство в обращении с подобным оружием.

Он начал упражняться с еще большим рвением, и почти сразу все поняли, что если в обращении с копьем он был наделен лишь небольшим природным даром, то в схватке на мечах его вскоре не сможет одолеть никто, кроме самых искусных воинов. Он обладал такой ловкостью в обращении с саксом, какой они не видели ни у кого, кроме Хенгиста, а тот был лучшим фехтовальщиком из всех, с которыми они когда-либо сталкивались.

– У тебя уже есть навыки владения клинком, – сказал заинтригованный Хенгист. – Кто тебя учил?

Беобранд рассек воздух саксом, совершая при этом замысловатое движение, и, посмотрев на Хенгиста, ухмыльнулся.

– Мой дядя Селуин, – ответил он. – Он был великим воином и учил нас с Октой обращению с мечом.

Хенгист, окинув Беобранда взглядом, потер подбородок:

– Ну что же, он обучил тебя неплохо…

После всего лишь нескольких дней тренировок с саксом Беобранд уже смог победить Хавгана в трех схватках из четырех. А еще несколько дней спустя ему впервые удалось одолеть Дренга.

Этот пожилой боец, пытаясь спровоцировать Беобранда на выпад саксом, опустил свой щит. Но он недооценил молодого воина из Кантваре. Беобранд, как и ожидал Дренг, сделал выпад в направлении незащищенной зоны, однако это была только уловка. В тот момент, когда Дренг попытался нанести удар по вытянутой правой руке Беобранда, юноша резко повернулся вокруг своей оси и с силой хлопнул Дренга по спине плоской частью клинка сакса.

Дренг упал на землю плашмя, а все зрители громко рассмеялись. Дренг поднялся и стал потирать себе спину, глупо улыбаясь, однако взгляд, который он бросил при этом на Беобранда, был мрачным и полным ненависти.

– Поворачиваться спиной к противнику – это опасно, парень, – пробурчал Дренг. – Я бы на твоем месте этого не делал.

Смех утих, и Беобранду подумалось, что реплика Дренга представляла собой скорее скрытую угрозу, чем совет по части искусства ведения боя. Беобранд тяжело сглотнул и решил отныне не выпускать Дренга из вида.

9