Читаем Мастер ножей полностью

Мне предстояло вновь сделаться учеником Вячеслава. Коэн объяснил, что это новый уровень обучения, подготовка Хозяина Дверей. И этот путь мне предстояло пройти одному. Сначала – долгие тренировки на террасах Трордора. Потом мы отправимся с Вячеславом в странствие по мирам Преддверья – ближним реальностям, дружелюбно настроенным к народам Тверди и Облаков. Вячеслав должен научить меня открывать и закрывать Двери, пользоваться энергией Храмов, защищать наш мир от непрошеного вторжения. Я должен познакомиться с теми, кто живет во Внемирье, понять, кто из них принесет благо, а кто – зло. Уметь противостоять этим существам. Но это – лишь первый этап посвящения. Мне предстоит пройти выучку у Архивариусов, Изменчивых и Стражей, а затем я буду допущен в Безымянный Скит.

Я ушам своим не поверил.

Безымянный Скит? Но ведь никто не знает, где он находится.

– Верно, – согласился Коэн. – Никто не знает. Но Демиурги, оберегающие мудрость тысячелетий, сами тебя отыщут, Ольгерд.

Дверь скрипнула.

Сначала я увидел кривой посох с шариками, перьями и медвежьим зубом. После этого в проеме показался ухмыляющийся Ивен из ордена Изменчивых, обвешенный своими неизменными шнурками и оберегами.

– Отыщут, – буркнул старик. – В этом не сомневайся.

Болотный проводник приблизился ко мне. Морщины на старческом лице разгладились, озарились приветливой улыбкой.

– Позвольте взглянуть на этого парня. – Кряхтя, Ивен уселся на подставленный Брином табурет. Шарики на конце посоха тихонько позвякивали. – Победитель Постороннего. Такого не случалось уже тысячу лет.

Его лицо оказалось рядом с моим.

– Тяжелая судьба. – Старик покачал головой. – Тебе предстоит долгий путь, полный опасностей. Знал ли тот мальчик на хуторе об этом? И стал бы вычерчивать руны на песке, если бы знал?

Я не ответил.

В воздухе запахло фатумом. Про меня слышали, мой приход предвидели. Есть какие-то сказания, пророчества и все такое. Но хочу ли я этого? Мне нужно быть рядом с Мерт. Я жажду спокойствия, не надо больше приключений.

– Бедный мальчик, – промолвил Изменчивый. – Думаешь, нас кто-то спрашивал, готовы ли мы к битве? Думаешь, я хотел черным вороном носиться в поднебесье или вести отряд наемников через владения волколаков? Поверь, это не предел моих мечтаний.

Он вздохнул.

Тот вечер навсегда врезался в мою память. Грядущее обучение не доставляло мне радости. У Коэна имелись обязательства перед Трордором, и Мерт должна была отправиться с ним. Мы расставались, причем на неопределенный срок. Я расставался со всеми, кого успел полюбить, – с Брином и его маленькой сестрой, погонщиком Гарнайтом, страдающим от неразделенной любви врачевателем Ли, мудрым Коэном. Я больше не увижу Кьюсака, меланхолично чинящего оснастку браннера. Все эти люди окажутся далеко от меня. Как и Грорг, отправившийся отвоевывать землю своих отцов. Возможно, они погибнут в страшной битве, пока я буду учиться открывать Двери.

Это несправедливо.

Мы пили горячий отвар и вслушивались в завывания первой зимней вьюги. Снег быстро заваливал подступы к террасам Гильдии ножей.

– А еще, – сказал Коэн, – ты увидишь Предельные Чертоги.

Мерт и другие смотрели на меня с восхищением.

Я грустно улыбался, понимая, что мой иллюзорный мирок скоротечного счастья рушится. Необратимо рушится. Если я снова встречу Мерт – мне сильно повезет.

…Ночь мы провели вместе. Старый дом мастера-ученика поскрипывал на ветру. Пылал очаг, разгоняя холод и тени. Мы любили друг друга, думали, что это в последний раз. Во вторую встречу никто не верил, но оба поклялись в верности до самой смерти. Мы дали обещание: когда все закончится, будем искать встречи. Пусть даже ради этого придется проходить через Двери или сражаться с Посторонними. Мы стали частью целого и не собирались разрушать то, что обрели.

Утром «Мемфис» отчалил от верхних террас гильдии.

Мы прощались с тяжелым сердцем – никто не был уверен в завтрашнем дне. К Трордору двигалась армада второго континента. Опасность открытия Двери в город исчезла, но войну никто не собирался завершать. Коэн сказал, что вражеский флот движется, не меняя курса.

Я долго смотрел в небо, провожая взглядом родной браннер. Воздушный корабль уносил прочь мою любовь и моих друзей. Им предстояло пройти тесным ущельем над горной тропой с менгирами и снова выйти к сердцу осажденной империи. Чем меньше становился «Мемфис», тем быстрее ширилась пустота в моем сердце. Справа от меня стоял Рык – от него исходили волны грусти. Интересно, знают ли мастера ножей, что рлоки способны ценить дружбу и тосковать по тем, кого защищают? Возможно, Рык – единственный зверь за всю историю гильдии, способный на такие переживания.

Ощутил чье-то присутствие.

Вячеслав.