Читаем Мастер артефактов полностью

– Например, мертвой хваткой цепляться за память о самом себе?

Тим улыбнулся:

– И это тоже. А еще постоянно держи в голове образ Лескала – это поможет тебе настроиться на его ложное воспоминание.

– Думаю, это я смогу. Еще что-нибудь?

– Кваир совсем непохож на влагу небесную. Поэтому то, к чему ты привык, здесь может попросту не подействовать.

– А можно поточнее?

– Увы, нельзя. В обращении с влагой небесной опыта у меня почти нет, поэтому разницу я тебе не объясню.

– Ясно. Что ж, давай попробуем.

Тим положил ладонь Анневу на плечо и едва слышно шепнул:

– Мне очень жаль, что ты чуть не захлебнулся в моих мыслях. Я не думал, что твои способности так высоки, иначе создал бы преграду покрепче. Но не волнуйся, урок я усвоил. – Он кивком указал на жезл. – Не понимаю, как он помогает тебе проникнуть в мой разум, но его магия очень сильна.

– Дело не в жезле, – признался Аннев и тут же об этом пожалел.

Однако, немного подумав, решил быть честным до конца.

– Одно из этих колец дает мне способности ловца разума. У него есть и другие свойства… В общем, я использую магию кольца, а жезл ее усиливает.

– Какая мощь, – пробормотал Тим. – Обещаю, что на сей раз сосредоточусь как следует.

– А я постараюсь не забыть, кто я такой.

– Не торопись, – наказал Тим, убирая руку с плеча Аннева, – следи за своими ментальными стенами. И постоянно держи в памяти образ Лескала.

– Понял, – ответил Аннев. – Начали!

Он снова коснулся разума дионаха – и его опять затянуло в водоворот мыслей Тима. Аннев чувствовал, как чуждые ему слова и образы вплетаются в его метафизическое естество, но барахтался изо всех сил, лихорадочно напоминая себе, кто он такой. Он – Аннев де Брет. Сирота из Шаенбалу. Ученик Содара Вейра, не желающий и не принимающий уготованной ему судьбы. Айнневог-феникс, восставший из пепла Шаенбалу. Аннев-сорока, сотканный из света и тьмы. Он мастер печали, несущий горе и разрушение. Угроза для себя самого и своих друзей, с которыми ему не хватает духа расстаться. Он лицемер – и обычный мальчишка; воин и вор, кеокум и далта. Пусть душа его полна противоречий, он все равно проложит свой собственный путь. И никогда не станет оружием в чужих руках и не отнимет чужую жизнь безо всякой на то нужды.

Постепенно буря вокруг него стихла; море чужих мыслей, еще минуту назад сотрясавшее его защитные стены, успокоилось и напоминало о себе лишь тихим шелестом волн. Удостоверившись, что его сознание не пострадало, Аннев позволил этим волнам коснуться себя, а потом осторожно открылся им навстречу…

И увидел перед собой Анклав. Но перед его мысленным взором появилась не спальня Маккланаханов, а какой-то коридор глубоко под землей, залитый светом факелов. Почему-то нестерпимо чесался подбородок – и, опустив глаза, Аннев увидел колоссальную бороду, заплетенную в косички, которые тяжело раскачивались в такт его шагам… Он смотрел на мир глазами Лескала!

Вот Лескал явился в столовую, пообедал, потом направился в туалет. После поднялся на крышу, где несколько минут проделывал упражнения, похожие на те, которым он пытался обучить Аннева. Закончив тренировку, дионах спустился с крыши и направился в свою спальню. Но вот что интересно: до слуха Лескала то и дело доносились голоса, но людей видно не было. За все это время щитоносца никто не окликнул, а сам он ни с кем не пытался заговорить – лишь механически двигался по лестницам и коридорам, не останавливаясь и не оглядываясь. Едва Аннев отметил про себя эту странность, как все вокруг показалось ему ненастоящим. Так вот как Тим понял, что это воспоминание искусственное.

Я словно во сне, подумал он, даже пол и стены нечеткие.

Он принялся сосредоточенно всматриваться в окружавшие его детали, пытаясь разглядеть нити кваира, из которых состояло видение, однако почему-то не увидел их.

Нет, они есть, упрямо заявил самому себе Аннев. Нужно просто смотреть по-другому. Я жду, что они будут выглядеть так же, как в физическом мире, это-то мне и мешает.

Интересно, это его собственная мысль или подсказка, просочившаяся в его разум из сознания Тима…

Не отвлекайся.

Раньше он видел розовые нити магии, когда рассеивал заклинания, созданные при помощи древнедаритских глифов. А до этого едва различимые следы таланта крови скрывались за бело-голубым сиянием глифов влаги небесной. Но здесь не обнаружилось ни глифов, ни заклинаний, ни рун силы. Так как же заставить эти розовые нити показаться?