Читаем Mass Effect полностью

Он не знал тогда — как не знал и сейчас, — почему Менно должен был умереть. Он знал лишь, что это в какой-то степени послужило высшему благу. И ему этого было достаточно. Он был предан делу, целиком и полностью доверял Церберам и их лидеру. Призрак отдал ему приказ, и он повиновался без единого вопроса.

Если не брать во внимание ту ошибку, которая позволила Кео ненадолго отсрочить свою судьбу, первое задание Грейсона окончилось безусловным успехом. Их люди встретились с ними в назначенном месте, а затем избавились от корабля вместе с телами Кео и Менно. После исчезновения Менно и его команды начали появляться слухи и подозрения, но так как не было ни единого свидетеля, который бы мог подтвердить обвинения, то дело вскоре закрыли. А после того как главный конкурент Чарльза Сарацино выбыл из гонки, он занял место лидера партии Терра Фирма… хотя о том, как это могло содействовать далеко идущим планам Призрака, можно было только догадываться.

Действия Грейсона впечатлили его боссов внутри «Цербера», и за этим контрактом последовали десятки других в течение следующего десятилетия. Но все это закончилось, как только в Проект Восхождение приняли Джиллиан.

Он не любил думать о Джиллиан. Только не так как теперь — в давящей со всех сторон темноте, в одиночестве своей квартиры. Он вытолкнул ее образ из своего сознания и перевернулся на другой бок, пытаясь снова уснуть. И тут он замер, услышав шум, доносившийся из-за двери спальни. Он настороженно вслушался, но смог лишь различить голоса, идущие из гостиной его маленькой квартиры. Возможно, он просто забыл выключить телевизор, когда, накачанный песком, еле-еле дотащился до кровати. Возможно, но маловероятно.

Он бесшумно вылез из постели, оставив после себя переплетенный клубок одеял. На нем были только длинные трусы, и он начал дрожать в ночной прохладе комнаты, когда осторожно подходил к шкафу, чтобы достать пистолет. Пистолет Кео, поправил он себя, и это опять всколыхнуло воспоминания о ней.

Вооружившись как полагается, он босиком крадучись пересек спальню и через приоткрытую дверь проскользнул в коридор. В квартире было темно, но он видел слабое свечение экрана, пробивающееся из гостиной. Он двинулся вперед, низко пригнувшись, стараясь как можно меньше подставляться под пули, если ночной посетитель вдруг решит стрелять в него.

— Опусти свой пистолет, Убийца, — прозвучал голос Пэла, как только он подошел ближе. — Это всего лишь я.

Пробормотав про себя проклятие, Грейсон выпрямился и вошел в гостиную, чтобы встретить непрошеного гостя.

Пэл сидел, развалившись, на его мягком диване напротив видеоэкрана и смотрел один из новостных каналов. Он по-прежнему оставался крупным, мощным мужчиной, но за последние десять лет набрал небольшой жирок. Сейчас он выглядел несколько размякшим, как человек, наслаждающийся достатком и роскошью.

— Боже, ты хреново выглядишь, — заметил Пэл, когда Грейсон вышел на свет. — Перестань тратить все свои деньги на красный песок и хотя бы раз в жизни купи себе нормальной еды, черт побери.

Говоря это, он пнул ногой маленький кофейный столик в центре комнаты. Прошлым вечером Грейсону было уже не до уборки, и на столике, на самом виду лежали зеркало, лезвие и маленький пакетик красного песка.

— Это помогает мне уснуть, — пробормотал Грейсон.

— По-прежнему снятся кошмары? — спросил Пэл. В его тоне прозвучал намек на издевку.

— Сны, — ответил Грейсон. — О Кео.

— Мне она тоже раньше снилась, — криво усмехнувшись, признался Пэл. — Всегда хотел узнать, какова она в постели.

Грейсон бросил пистолет на столик рядом с наркоманскими принадлежностями и сел, ссутулившись, на стул напротив дивана. Он не был уверен, шутит Пэл или нет. С Пэлом ни в чем нельзя было быть уверенным.

Он бросил взгляд на экран. Там показывали недавно отремонтированную Цитадель. Два месяца назад все выпуски новостей только и говорили, что о нападении. Это нападение также занимало умы всякого разумного существа в Пространстве Цитадели. Теперь же шок и ужас стали потихоньку отступать. Жизнь начала постепенно возвращаться в привычное русло — признаки этого были повсюду. И люди, и инопланетяне возвращались к своим повседневным делам: работе, учебе, друзьям, семье. Обычная жизнь обычных людей.

Последствия нападения все еще обсуждались в СМИ, но теперь уже за разбор и анализ последствий взялись политиков и ученые мужи. Ряд экспертов — посол азари, дипломат волус и вышедший в отставку сотрудник саларианской разведки, — появились на экране. Они обсуждали политические позиции различных кандидатов на пост Советника от человечества.

— Как думаешь, Призрак повлияет на то, кого мы выберем? — спросил Грейсон, кивая на экран.

— Может быть, — уклончиво ответил Пэл, — ему не впервой вмешиваться в политику.

— Ты когда-нибудь задумывался, зачем ему понадобилась смерть Менно? — вопрос соскочил с языка Грейсона еще до того, как он осознал что говорит.

Пэл безразлично пожал плечами, но в его глазах промелькнуло недоброе выражение.

— Тому могла быть не одна сотня причин. Я не задаю подобных вопросов. И тебе не следует.