Читаем Масоны у власти полностью

Потребность в университетском курсе истории русского масонства ощущалась уже давно. Дело тут, конечно, не только в том, что масоны играли и играют огромную роль в современном мире. Парадокс как раз и состоит в том, что вопреки распространенному мнению, при ближайшем рассмотрении оказывается, что роль эта, по крайней мере в нашей стране, была не так уж и велика. Дело скорее в другом. Знакомство с историей масонства позволяет нам взглянуть на нашу отечественную историю несколько в ином, чем обычно, свете, более внимательно присмотреться к ряду, казалось бы, уже хорошо известных политических и общественных деятелей. По-новому предстает перед нами, с учетом масонского фактора, и история русской интеллигенции, ее духовных исканий и политических устремлений. Другими словами, знакомство с историей масонства позволяет существенно обогатить и расширить наше историческое знание, сделать его более объемным.

Успехи, которых добилось в последние десятилетия как отечественное, так и зарубежное масоноведение, привели к тому, что сейчас уже практически никто не сомневается в значимости проблемы. Во всяком случае, на сегодняшний день и по далеко не полным данным, нам известны имена и фамилии более чем 12 тысяч русских масонов¹². Учитывая, что речь у нас все-таки идет не о рабочих и крестьянах, а о представителях элиты общества, правящего, так сказать, класса или слоя России XVIII—XX вв., цифра эта более чем внушительна. Спор поэтому может идти

лишь о степени влияния их на общественную жизнь и политические события этого времени. Причем в центре внимания, естественно, оказывается роль масонов как в подготовке, так и в непосредственном участии в революционных событиях 1917 года. Этим, собственно, и объясняется то сравнительно большое место, которое уделено этим сюжетам в предлагаемой вниманию читателя книге. Но оказывается, масонские ложи существовали не только в дореволюционной, но и в Советской России. Правда, по условиям времени это были уже не политические ложи, а преимущественно кружки и группы религиозно-нравственного, как бы мы сейчас сказали, характера. Принципиального значения, впрочем, для раскрытия заявленной темы обстоятельство это не имеет, и отделять в масонстве мистицизм, политику и нравственность — задача, прямо скажем, неблагодарная. Тем более что, как ни стремились советские масоны не мешаться в политику, избежать этого вследствие пристального интереса к ним со стороны О ГПУ было нелегко.

Возвращаясь к теме политического русского масонства дореволюционного времени, следует подчеркнуть, что Керенский и К° — это всего лишь видимая часть огромного айсберга, с которым пришлось столкнуться в начале XX века тяжелому и неповоротливому кораблю русской государственности. В России начала века существовало громадное число и других, легальных, в отличие от масонства, организаций, деятельность которых, пусть и медленно, но зато верно подтачивала государственные устои империи. Основная часть этой работы, связанная в первую очередь с дискредитацией самодержавия, православия и традиционных ценностей народа, или, говоря другими словами, идеологической подготовкой переворота, развертывалась вне масонских лож.

Дело в том, что вопреки распространенному представлению, масонство это не только и не столько сами масонские ложи, а куда более широкое общественное явление, подлинная суть которого ясна далеко не всем. Как своеобразная форма самоорганизации элиты общества, оно включает в себя не только собственно масонские, но и полумасонские структуры. Это позволило включить в книгу главы о деятельности ряда религиозно-мистических кружков и групп начала XX века и первых лет Советской власти, существование и деятельность которых из-за «сомнительности» их масонского характера исследователи обычно обходят стороной. Большой материал на эту тему был привлечен автором в его предыдущей работе¹³, что существенно облегчило подготовку данной книги.

Что касается интереса автора этих строк к теме, то в загадочный и таинственный мир ленинградских оккультных кружков и групп 1920-х годов он окунулся где-то лет 9-10 назад, когда по совету покойного ныне профессора В.И. Старцева (1931-

2000) обратился к так называемому «масонскому фонду» тогдашнего Музея истории религии и атеизма. Увиденное там: малопонятная для современного человека эзотерическая символика, с преобладанием звезд, крестов и черепов со скрещенными костями, посвятительные тетради с подробнейшим описанием степеней и таинственных масонских обрядов, клятвы, писанные кровью, — поразили меня.

Казалось невероятным, что все это могло происходить здесь, в нашем городе, в XX веке. Правда, профессор Старцев несколько охладил мой пыл, заявив, что масоны эти — не настоящие, так как ложи были организованы едва ли не по инициативе ОГПУ, во всяком случае, находились под его контролем.