Секунда, другая… в следующий миг я был безжалостно сметен красноволосым вихрем, умудрившимся в одно мгновение сделать столько различных действий, что диву даешься: сбросить меня, вскочить на ноги, вставить розу в волосы, завернуться в одеяло, обругать меня с ног до головы, после чего — исчезнуть в ванной комнате.

Лишь когда оттуда послышался шум льющейся воды, я понял, что вставать все-таки придется. После того, как эльфийка куда-то убежала, я отправился в ванную комнату. Контрастный душ помог прийти в себя… Надо же — горячую воду наконец-то дали!

Выйдя из душа и прибираясь в комнате, я попытался восстановить подробности вчерашнего дня. Безрезультатно.

Когда я, наконец-то, навел порядок, в комнату ввалился Олес в сопровождении вернувшейся Тиаль и нескольких старшекурсниц. Последним зашел адепт четвертого курса в красной мантии и эмблеме стихийников. Сразу стало тесно.

— Курт, Олес, — Лицо серой эльфийки лучилось радостью. — Мы с вами едем на практику в замок Норриндалль островного королевства Веллас!

Адепты старших курсов, чьи подопечные остались за дверьми, хмуро нас разглядывали, словно диковинную рыбу. Дорогую и бесполезную. Несколько девушек кидали на Олеса заинтересованные взгляды.

— Адепты, у вас время до вечера собраться, после чего в девять вечера мы выезжаем. — Голос адепта в красной мантии был сух и равнодушен, на нас он даже не взглянул.

«Ох, не нравится мне это!»

Глава 10

Мы ехали в самом арьергарде колонны. В замок Норриндалль островного королевства Веллас, где обитала древнейшая магическая коллегия в этом мире, отправили двенадцать адептов старших курсов, и порядка сорока адептов первых-вторых курсов. Как пояснила наша красноволосая наставница — нас, как и адептов второго курса на практике считают не больше, не меньше, но балластом. Вполне разумно, за первый семестр кроме теории практики практически не было, а вот Олес сначала вспылил.

Нас загнали в крытые сани в самом хвосте колонны, как я уже говорил. Эльфийка наплевав на все уговоры своего курса, поехала с нами, за ней хвостом пошли еще две девушки и знакомый четверокурсник.

Стекла этот мир не знал, его заменял аналог, под названием «ахалла», минерал который при переплавке оставлял все сои качества прозрачности, и был крайне дешев.

В охранение выделили два отряда стражи, которую императорский дворец усилил еще сотней отборного полка, ибо, как оказалось с нами на практику с нашего курса попали еще и принц с принцессой.

Должен пояснить, в чем заключается практика:

Старшие курсы отправляют по кабинетам коллегии, где они приносят пользу оттачивая свои навыки, а вот младшие курсы… пользу приносят тоже, как не приносят, но делая мелкую незначительную работу, от которой больше пользы, чем вреда, который могут нанести маги недоучки, а именно зарядка амулетов, изготовление магических заготовок, переписывание древних рассыпающихся манускриптов, и прочее из того, что можно придумать. Провинившихся как пояснила Тиаль, отправляют на «черные работы», в подвалах замка Норриндалль огромное количество требующих проверки и зарядки амулетов. Вот только ходить туда и заниматься той работой является позором всей практики.

После трех недель нам должны в предписании дать характеристику, как мага, так и наши успехи в выполнении заданий.

Хруст снега, под копытами лошадей, ржание, периодические крики всадников из охранения. Иногда чей-то смех слышимый неподалеку… Скука сме…

«Никогда не понимал этой фразы, такое чувство, что мой народ обвиняли в источнике скуки миров».

Перед отъездом прибегала парочка недовольных адептов, весьма красноречиво намекавших на ночные шалости, и предупредившая что если это мы с Олесом снова повторяем прошлые шалости, то нам лучше поберечься. Олес предложил удовлетворить их недовольство вызовом на дуэль, на что те лишь сослались на занятость, и скрылись за углом здания академии.

Олес мирно похрапывал над правым ухом. Девушки весело щебетали моду, и кто что приобрел за последний месяц. Четверокурсник призвал мелкого духа ветра и теперь упражнялся в его управлении…

Сосредоточившись, я активировал браслет, тот, что мне подарила эльфийка. Передо мной возникла пластина, прозрачная с противоположной стороны, и непрозрачная с моей. Взяв в руку кристалл из тех, на которые записывают воспоминания, и памятные вещи я запустил его. Отец словно знал… а может и знал.

Первой что-что-то не так заметила Тиаль, скорее всего по тому, что у меня в зрачках отражалось отнюдь не то, что должно было.

Пнув Олеса, она заставила его полусонного пересесть. Дотронувшись до моей руки с иллюзией, она восхищенно замерла, приоткрыв рот. Фильм как их называл отец, был очень красочным, частично непонятным, но думаю мир где его создавали интересен…

Подруги понаблюдав за тем что их мало того что кинули, так и еще замена мягко говоря храпела, и то и дело норовила прилечь головой на колени одной из них.