Читаем Маска чародея полностью

Я сел за стол, умирая от голода, но все же пытаясь разобраться в сути происходящего. Наконец я решил испытать судьбу, выбрал один из незнакомых мне фруктов и надкусил. На вкус он оказался великолепным: сочным и сладким, но желудок почти моментально свело сильнейшей судорогой. Отшвырнув плод, я упал со скамьи на пол.

— Кто бросает мне вызов? — выдохнул я.

— Что-то я никого не замечаю, — отозвалась Лекканут-На у меня в голове. — Просто ты столько голодал, что тебе снова придется учиться есть. Подожди несколько минут и выпей немного бульона, потом отдохни. Пока тебе нельзя есть тяжелой твердой пищи.

Я последовал ее совету: похлебал великолепного супа из исходящего паром котелка, лег на скамейку и заснул. Даже если кто-то из чародеев и заходил перекусить, пока я спал, меня никто не побеспокоил.

Уже собравшись уходить, я задал вслух вопрос:

— А как я снова смогу отыскать это место?

— Без труда, стоит только захотеть, — отозвалась Лекканут-На, воспользовавшись моим голосом.

Руководствуясь тем же принципом, я нашел и библиотеку. В конце концов, мой собственный путь в магии лежал через слова, витиеватые заглавные буквы и цветные иллюстрации. Книги были мне жизненно необходимы. Поэтому я заснул с мыслью о книгах, а проснувшись, понял, что сижу на каменной скамье в громадном холодном гроте, где масляные лампы в форме змей с раздутыми животами отбрасывали неровный свет; над ними мерцали огоньки и курился дым. Насколько хватало глаз, вдаль, уходя во мрак, тянулись квадратные ниши и полки, вырезанные в каменной стене.

Я взял с ближайшей полки книгу, но она была написана на незнакомом мне языке. Я рылся на полках, иногда забирался по ним вверх, иногда тянулся изо всех сил за каким-нибудь свитком лишь для того, чтобы обнаружить, что он истерт до дыр или изъеден червями.

Я едва не споткнулся о замерзший труп, который, сгорбившись, сидел на полу; его раздувшееся иссиня-черное лицо было страшно искалечено: глаз не было, рот без губ растянулся, в вечной усмешке. Содрогнувшись от омерзения, я отступил на шаг и схватил с ближайшей полки толстенный фолиант.

— Нет, — неожиданно прозвучал незнакомый голос. Оторопев, я поднял взгляд. Передо мной стоял высокий худощавый мужчина в черной мантии и в черном тюрбане. — Так ты никогда ничего здесь не найдешь. — Незнакомец говорил на языке Дельты с сильнейшим акцентом, изо рта у его вылетали клубы белого пара.

— Откуда ты знаешь, что я ищу?

— Любая книга, которую ты пожелаешь… — Широким жестом руки он обвел помещение. — Здесь есть все, все, что угодно. Но удастся ли найти ее, это другой вопрос. Библиотека Теней бесконечна. В ней есть все книги, которые были написаны, которые еще не написаны, и даже те, которые никогда не будут написаны. Каждый раз, когда ты ставишь книгу на полку, она исчезает или превращается в другую. Возможно, она тотчас же появится на соседней полке или появится где-то еще тысячу лет спустя. А, возможно, больше не появится никогда. — Голос его звучал спокойно: так доброжелательный горожанин объясняет чужестранцу, как добраться до нужного места. — Следовательно, ты должен попросить помощи у нашего друга, здешнего библиотекаря. Вот так. — Он извлек из-под мантии металлический прут, раскалил его в огне ближайшей лампы и ткнул в лицо сидящего мертвеца. Мертвец дернулся, взвыл и не уклюже поднялся на ноги, скрипя суставами.

— Ключом является боль, — объяснил человек в черном. — Она открывает многие двери.

Мертвец пошатнулся, собираясь упасть.

— Попроси у него книгу, — посоветовал незнакомец.

Не колеблясь ни секунды, я потребовал у него легендарную рукопись, хотя сомневался, существует ли она на самом деле, несмотря на то что во многих трудах неоднократно встречал ссылки на нее и даже цитаты. Я вспомнил, как Таннивар рассуждал о ней на страницах своей рукописи.

— Принеси мне «Книгу крови», — потребовал я. Возможно, этой книги и не существовало на самом деле, но покойник в единый миг доставил ее мне. Я держал в руках настоящую, подлинную «Книгу крови» — труд молодого чародея с далекого западного острова, яркого, талантливого и довольно эксцентричного юноши, извлекавшего оккультные тайны и дичайшие истории из своего собственного тела, буквально вырезая их из него. Муки его были ужасны, а страдания бесконечны, но магия поддерживала его. Его могущество росло по мере того, как он все больше и больше калечил себя, а по мере того, как его тело покрывали все новые и новые причудливо переплетавшиеся шрамы, текст постоянно менялся, и ни одна страница ни разу не осталась такой же, как в прошлом. Эта книга, созданная благодаря агонии автора, была моделью этой самой библиотеки, ее прототипом, и, возможно, единственной книгой здесь, появляющейся на миллионах полках в миллионах различных форм.