Читаем Маска полностью

— О, Талио, ты был прав, он великолепен!

— Что заставило тебя думать, что она моя жена? — поддержал женщину хозяин дома. — Милая Англэйн — моя дорогая сестра!

— И правда, даже не понимаю, что сбило меня с толку?

Может быть то, как ты её поцеловал, то, как прижимаешь к себе и как сжимаешь её ягодицы?

— Ах, Бриан, скажи, ты действительно прибыли к нам из Талогара?

Англэйн покинула объятья братца и прильнула ко мне, нарушая все мыслимые положения о личном пространстве.

— Это так, о, несравненная. И, будучи чужестранцем, умоляю о снисхождении, если моё поведение выйдет за рамки принятых в вашем прекрасном городе норм…

— Талио рассказал мне, что твоё прекрасное тело, — хрипловатым от возбуждения голосом поделилась Англэйн, — покрыто шрамами… это так?

— У меня была бурная молодость и нелёгкая жизнь, та что…

— И ты закрыл их, укутавшись в старческие одежды! Нечестно! Покажи!

Я аккуратно распахнул одежды и показал ей свою много раз битую и штопаную шкурку. Волна чужой похоти захлестнула сознание, но я немедля абстрагировался от неё, чтобы самому не наброситься на обнажённую женщину и спокойно позволил мягким жадным пальчикам скользить по своей коже, останавливаясь на шрамах, оставленных пулями, клинками, кислотой, огнём. Убить меня в прошлом пытались часто, пытались многие, некоторые почти достигали цели, оставляя на память многочисленные отметины.

Ротик тани ди' Локойн приоткрылся, ноздри стали широко раздуваться и обо мне она забыла, сосредоточив всё внимание на шрамах. Я отметил, что ни на её теле, ни на теле её брата не нашлось места ни единой отметине. Идеально гладкая и безупречно белая кожа, лишённая изъянов.

— Талогарцы безумны, как можно так относиться к телу, данному тебе один раз и навсегда? Я слышала, что среди них есть даже те, кто терял руки и ноги.

— Но их талогарцы восстанавливают с помощью черноустов, а вот шрамы оставляют на память. Я прав, Бриан?

Откуда мне было знать?

— Это не редкость, Талио.

— Безумцы, — томно простонала Англэйн.

Во внутренний двор бесшумно проник один из балахонщиков, приблизился к хозяину, вытянулся и зашептал тому на ухо, прикрывая рот рукавом.

— Милая сестрица, прибыл брат нашего отца. Пригласи его в зал, Обу, мы познакомим Раголаза с нашим дорогим гостем!

Обнажённая тани, наконец, оставила меня в покое и позволила энгинай накинуть на свои плечи длинный халат из тёмной ткани, которая была такой прозрачной, что её существование скорее угадывалось, нежели наблюдалось. Думаю, окажись рядом во время этих ощупываний Бельмере, тани Англэйн лишилась бы целых пальцев на руках, а, может, и жизни. Бель никогда меня не ревновала, не имела повода, но подобное поползновение на честь мужа не простила бы никому.

Мы перешли в одну из многочисленных зал, чей зеркальный свод поддерживали гротескные колонны-статуи, исполненные в виде всеразличных чудовищ. Судя по уродливым мордам, исполненным не в чёрном мраморе, а в белой, отполированной кости, эти твари являлись репродукциями чьих-то Масок.

Меж колонн с кубком в руке ждал высокий худой тэнкрис, чьи чёрные длиннополые одежды придерживала на узких плечах пара изящных застёжек. Его голову охватывал тонкий венок из серебряных веточек, а губы покрывала угольно-чёрная краска.

— Раголаз, как давно ты не навещал родной дом!

— Сейчас время очередного поста, сын моего брата, мы заняты. Дочь моего брата прекрасна как всегда.

Раголаз ди'Локойн принял руку своей племянницы, если я правильно понимал термин "брат нашего отца", притянул Англэйн к себе и поцеловал в губы. Судя по всему, у них было так принято, что не делало этот обычай менее неприятным на мой инородный взгляд.

— Познакомься с нашим гостем, это Бриан ди'Аншвар, гость из далёкого Талогара. Бриан, это брат нашего покойного отца Раголаз ди'Локойн, почтенный служитель в покоях спящего принца, черноуст, старший мужчина нашего рода.

— Ди"Аншвар? — Черноуст взглянул на меня так, будто я только что материализовался из воздуха. При этом его красные глаза как-то странно сверкнули. — Знаменитый род талогарских черноустов, жаль, что почти увядший. Я думал, все мужчины ди'Аншвар уж перевелись. Побочная ветвь?

— Нет — самый что ни на есть ствол.

— Правда? Но, насколько я слышал…

— Ди"Аншвар живы и жить будут ещё долго, уверяю.

— Отрадно знать.

— Выпьем же за это! — воскликнул Талио, поднимая свой кубок.