Читаем Машина Уриила полностью

«(Тогда) устрашились все исполины (и нефилины, и) они поз(ва)ли Маховая, и он пришел к н(им). И попросили его) исполины, и послали его к Еноху (4Q530 колонка II)».

Возможно, им удастся избежать гибели, но их мольбы остались без внимания. Переданные им слова таковы, будто «бог» в Нью-Грендже хотел отречься от них до падения кометы.

«…сокровенные вещи не были еще вам открыты… Для вас нет мира…(гл. 16) Вот, (грядет) уничтожение..) людей и животных (4Q203, фр. 8)».

Они считали, что повторится бедствие, случившееся при падении предыдущей кометы, и искали убежища. Они знали, что больше возможностей уцелеть дает высокогорье вдали от моря.

Если этот народ культуры рифленой керамики, действительно, отличался умом, то знал, что наиболее безопасным местом на земле была центральная Азия. Особенно подходил нынешний Синьцзян-уйгурский автономный район Китая, окруженное высокими хребтами Тибета и Монголии плоскогорье. Если какому-то месту на Земле и удастся уберечься от огромных морских волн, так это именно ему.

Вот туда-то и устремились некоторые великаны, покинув Анатолию (Малую Азию) и держа путь на восток.

Как бы странно это ни звучало, но есть данные, свидетельствующие, что народ культуры рифленой керамики породил великанов, осевших в Китае.

С конца 1970-х годов археологи стали извлекать останки засохших тел из захоронений среди солончаковых песков на границе бассейна реки Тарим в китайской части Синьцзяна. Возраст некоторых тел составил 4 тыс. лет, а согласно новым данным он может оказаться значительно больше. Эти останки прекрасно сохранились вместе с кожей, плотью, волосами и внутренними органами. Погребенные отдельно или парами в простых, без днища гробах или накрытых выдолбленными изнутри бревнами, тела быстро высушила летняя жара, а затем выморозили холодные зимы. Эти древние люди носили яркие платья, штаны, башмаки, чулки, пальто и шапки.

Археолог Виктор Мэр, профессор китайского языка отделения азиатских и ближневосточных исследований Пенсильванского университета, утратил дар речи, когда в музее столицы автономного района Урумчи увидел перед собой свидетельства вышесказанного:

«Мне уже доводилось посещать музей, но на этот раз, переступив порог, я увидел перед собой столь прекрасный и восхитительный экспонат, что поначалу подумал, что это подделка».

Археолога, доктора Элизабет Уэйланд Барбер тоже поразили эти почти нетронутые тленом останки, но загадку представляют их расовые черты: «мумии, похоже, по строению черепа не относятся ни к китайцам, ни к тюркам; они явно напоминают европейцев

Как бы это обескураживающе ни выглядело, но они не принадлежали к туземному населению. У них была высокая переносица, большие глазницы, широкие скулы и выдающаяся верхняя челюсть, русые или рыжие волосы, бороды у многих мужчин. Вне всякого сомнения, это были европейцы.

У нас округлились глаза при чтении сообщения, где некоторых из этих европо-китайцев представляли «великанами своего времени». Черченский мужчина (названный по месту своего захоронения) был внушительного роста (198 см), а величественная черченская женщина достигала в высоту 188 см, так что они выделялись бы и в современной толпе, не говоря уже об их временах, когда люди были ниже ростом.

Профессора Мэра поразило, что показ этих мумий устроили местные власти, тогда как центральные власти говорили об этих удивительных находках достаточно скупо. Возможно, для них свидетельства пребывания в доисторическом Китае европейцев выглядели неудобными, чтобы рассуждать о них.

Как уже говорилось, одежда мумий хорошо сохранилась. Доктор Барбер прекрасно разбирается в древних тканях, и изучение ею видов ткани и покроя одежды подтвердило предположение, что перед нами выходцы с Запада. Особенно ее поразило многообразие найденных в захоронении головных уборов, некоторые из которых походили на колпаки фригийских лучников Анатолии. Это наблюдение совпадало с нашими взглядами (изложенными ранее) на то, что Малая Азия могла быть важным местом для Стражей.

Барбер усмотрела также следы мифов и исторической памяти, узловых для западного миросозерцания.