Читаем Марвел: Спектр полностью

Она бросает взгляд на его тарелку и с лёгким смешком качает головой.

— Ладно, Крис, засчитываю. Но всё–таки не забудь хвалить и само блюдо, иначе нас больше сюда не пустят, — с ироничной полуулыбкой говорит она, всё ещё разглядывая его как что–то интересное и непривычное.

— Эмма, ты меня просто учишь, или на самом деле хочешь, чтобы я произвёл впечатление?

Эмма чуть приподнимает бровь, словно кокетливо отвечая на его вопрос.

— Ну что ж, Крис, я не откажусь от второго варианта. В конце концов, ты мой секретарь. А успех во многом зависит от твоей способности быть на высоте, как в делах, так и за столом.

Она берёт свой бокал и, слегка улыбаясь, делает глоток вина.

И тут неуловимая атмосфера между ними рассеялась с досадливым вздохом Криса, который не смог сдержать чувств.

— М–м–м? — Эмма поднимает бровь в немом вопросе.

— Ты знаешь, — фыркнул Крис.

— Знаешь, что?

— Знаешь, что у меня ничего не получается, всё валится из рук и никто не хочет иметь со мной дел, — горько усмехнулся Крис. — Все смеются и не понимают, что ты во мне нашла. Они думают, что я попал на эту должность через постель.

— А ты бы хотел оказаться на этом месте… таким образом? — Кокетливо улыбнулась Эмма, но Крис не повёлся на провокацию.

— Эмма, — начал Крис предельно серьёзно, — мы уже достаточно знакомы, чтобы говорить откровенно. Просвети же своего скромного слугу в свои планы. В каком образе ты видишь меня «подле себя»?

Эмма впервые за день отбрасывает легкомысленную улыбку, не сводя с него внимательного взгляда.

— Ты знаешь, как я добилась своей должности? В смысле, знаешь с чего я начинала?

— С инвестиционного фонда, — автоматически ответил Крис, привыкший за эти дни шевелить мозгами в поисках информации, выученной ночами. — Обзавелась связами…

— … Я выступала в стрип–клубе, — милостиво она раскрыла ему часть информации.

На секунду брови Криса приподнялись от откровения, но он продолжил:

— Обзавелась связами и заработала миллиард долларов за год, — Крис начал припоминать детали собственного расследования, которое он сделал после прихода Николаса. — Кстати, имеешь своеобразный рекорд по самому большому количеству обвинений от Комиссии по ценным бумагам и биржам США.

— И у тебя появилось собственное мнение по этим обвинения, так?

— Я думаю, что они, — Крис слегка ехидно улыбнулся, — абсолютно правы.

— Ты обвиняешь меня в мошенничестве и использовании инсайдерской информации? — В притворном ужасе Эмма прижала ладошку ко рту.

— Именно, — не повёлся Крис на спектакль. — Если организация, отвечающая за крупнейший рынок ценных бумаг мира, имеющая богатейший опыт в раскрытии мошеннических схем, безустанно обвиняет одного конкретного человека несколько раз, значит там должен быть какой–то подвох. Если эта организация выставляет себя клоунами и делает это обвинение ЧЕТЫРНАДЦАТЬ, мать его, раз, значит они уверены в твоих схемах, но не могут их доказать…

Она громко и заливисто рассмеялась, прервав Криса на полуслове.

Эмма усмехнулась, глядя на недоумённого Криса.

— На самом деле всё гораздо проще, — Эмма с лёгкой улыбкой нагнала интриги. — Я мутант, Крис. Если точнее, телепат.

— Ага, — невозмутимо он кивнул. — Ну, я должен был предположить что–то подобное…

— Уже появились сомнения насчет собственного… разума? — Попыталась поддеть его Эмма.

— А мне нужно беспокоиться? — Постарался выразить невозмутимость Крис, но не мог отрицать, что мысль о том, что в его разуме кто–то копается казалась пугающей.

— Ты знаешь, Крис, — начала она, аккуратно подбирая слова, как будто пыталась не спугнуть котёнка, — есть вещи, которые многим кажутся куда более… устрашающими, чем они есть на самом деле. Например, телепаты. Ты и правда думаешь, что мы настолько опасны?

Крис чуть подался назад, едва сдержав скептическую усмешку.

— Ну, не знаю. Осознавать, что кто–то может читать мои мысли, — это слегка… — Он замялся, подбирая слово, — пугает, наверное. Как будто у меня нет… личного пространства.

Эмма тихо рассмеялась и наклонилась к нему, её голос звучал спокойно, но обволакивающе.

— Знаешь, личное пространство в голове — вещь, скажем так, очень переоценённая. Большинство людей только так и говорят о своих мыслях, будто они хранят сокровища, которые ни за что нельзя доверить другому человеку. Но правда в том, что ум — это просто место, где копятся впечатления, страхи, желания. Всё это… обыкновенно. Посредственно и не интересно.

Крис нахмурился, явно не ожидая такой лёгкости в её тоне.

— И ты так просто входишь в чужие мысли? Они ведь для чего–то сокрыты. Некоторые вещи личные, не для посторонних…

Эмма слегка покачала головой и, улыбнувшись, чуть коснулась его руки.

— Это ты так думаешь, потому что никогда не был на месте телепата. Люди беспокоятся о своей «тайне», но если бы они могли видеть, что в головах у других, то поняли бы — там такие же простые желания и страхи, такие же недосказанные слова. Но то, что кто–то разделяет их с тобой, ещё не делает это нарушением границ. Это скорее сближает.