Читаем Маруся Климова полностью

находилась как раз на площади, где стоит памятник Юрию Долгорукому. И он, подойдя к окну и засунув руки в карманы, задумчиво любовался

открывавшимися сверху просторами. Лица его мне было не видно -- я видела

только темную квадратную фигуру с широкими плечами и толстыми, крепкими и

короткими, как у статуи, ногами. «Женщины обычно ее не любят…» - начал он, как бы подсказывая мне возможный ответ и великодушно заранее предоставляя

пространство для маневра. «Нет, я очень люблю Цветаеву, она замечательная. И

ее трагическая судьба, ее стихи…» - я даже едва не задохнулась тогда от

негодования. А он только устало вздохнул и задумчиво посмотрел на меня: «Так

я и думал!» – было написано в его взгляде. Вероятно, и на самом деле, было во

мне что-то такое, что заранее позволяло предположить подобный ответ – опять

же, хотя бы на уровне того же животного чутья. А этот мой знакомый, из чувства

деликатности и, видимо, желая перевести разговор на другую тему, тут же стал

мне рассказывать, как у него приключился гайморит, и из носу после операции

вытягивали чуть ли не целый километр бинтов...

Впрочем, все это было уже очень много лет назад, и теперь-то я понимаю, что мужчины, скорее всего, специально подсовывают женщинам таких, как

Цветаева, в качестве примера для подражания, чтобы те взваливали на себя

самую неблагодарную и черновую работу, в том числе и по дому, в то время как

они сами будут заниматься любимым делом: например, выслеживать и

отлавливать матерых преступников-рецидивистов, а потом, соответственно, описывать все это в книгах и купаться в лучах славы…

Глава 39

Человек-ртуть

Но на чем основывается это глубочайшее презрение к поэзии со стороны

подавляющего большинства современного человечества? Именно

“глубочайшее”, иначе не скажешь, потому что это чувство укоренено где-то в

самых отдаленных и скрытых от поверхностного взгляда глубинах человеческого

подсознания и обычно дает о себе знать неявным образом, на уровне

всевозможных оговорок и инстинктивных жестов. Мне кажется, что, описав в

общих чертах положение поэзии в современном мире, я еще не до конца

разобралась в причинах… Кстати, в самом начале своей истории русской

литературы я уже определила гения, как человека, которого окружающим не

удается поймать на каком-нибудь из таких “обывательских жестов” и оговорок.

164

Но стоит только писателю “попасться” на чем-либо подобном, как – все! Прощай

вечность! Он может стать кем угодно, хоть лауреатом Нобелевской премии, однако гением ему уже никогда не быть: он навечно будет изгнан из Пантеона

избранных… Просто таковы правила игры, существующие в культуре, и не я их

выдумала. Должна же культура хоть как-то защищаться от посягательств на ее

главные ценности!

Впрочем, все это настолько очевидно, что, наверное, лишний раз можно

было бы и не напоминать. Это и так все понимают. Однако очевидность

существующих в культуре правил вовсе не делает их простыми и легкими для

исполнения. И это тоже понятно. Например, в футболе или же боксе правила

прописаны не менее ясно и четко, чем в культуре, тем не менее, гениальных

футболистов и боксеров, способных переиграть противника по правилам, не

хватая мяч руками и не нанося удары ниже пояса, тоже не так уж много. То есть

даже тут не все так просто, как может показаться на первый взгляд. Правда

футболистов и боксеров повсюду сопровождает придирчивый и хорошо

натренированный судья, который педантично фиксирует все ошибки и

нарушения, постоянно рискуя попасться под горячую руку спортсменов и

возбужденных зрителей. Зрители, между прочим, чаще всего недовольны

действиями судьи, особенно, если им кажется, что он как-то чересчур придирчив

к тем спортсменам, за которых они болеют. Однако где-то в глубине души даже

самые заядлые и отмороженные болельщики понимают, что спортивное

состязание без соблюдения элементарных правил рискует и вовсе утратить

всякий смысл и зрелищность. И скорее всего, это действительно так. Впрочем, я

говорю об этом слегка наугад, просто эта спортивная аналогия – первое, что

пришло мне в голову, так как я вряд ли могла бы назвать себя азартной

спортивной болельщицей. И все-таки, при всем моем равнодушии к спорту даже

я в состоянии отметить, что самым скучным зрелищем, которое мне когда-либо

приходилось наблюдать, являются так называемые “бои без правил”, а их сейчас

тоже порой показывают по ТВ. Обычно это выглядит примерно так: два

человекообразных существа мужского пола выскакивают на арену, некоторое

время виляют задами и делают ритуальные воинственные телодвижения, а затем

сцепляются, валятся на землю и начинают дубасить друг дружку руками, ногами