Читаем Марина Мнишек полностью

Ева напомнила ей о времени обеда и, не входя в комнату, удалилась. Тем же вечером Марианна безуспешно пыталась восстановить игру.

«Что же это такое, – думала Марианна. – Вот В-3, оттуда я переставила пешку на В-4, а может, это было на С-3, если так, то потом черные должны были бы сыграть с F-2 на…», – она широко раскрыла глаза и чуть ли не до крови закусила губу.

Девочка вскочила с кровати, подбежала к камину, за которым под дубовой панелью хранила листок с шифром.

«Где? Где он? – она судорожно раскрывала сложенный листок. – Вот! GMEENLIATH HMOAR!»

Она взяла чистый лист бумаги и начала переставлять буквы. Сначала выходила какая-то абракадабра. Но, переставив последнюю букву на место первой, предпоследнюю на место второй, уже на половине слова она поняла, о чем идет речь.

«GENITALEM HORAM! Гороскоп», – Марианна в ужасе застыла, понимая, что Корвус был прав, предупреждая ее.

За такие открытия ее точно ждала участь еретички. Церковный суд без раздумий отправлял на костер ведьм и колдунов и за более невинные проделки с травами или за гадания на бобах.

«И что же теперь? – вдруг подумала она. – Мне отказаться от разгадки?»

Поборов страх и волнение, она принялась расшифровывать остальные слова тем же способом. Но снова получилось что-то непонятное. Слова не составляли предложение. Получался какой-то бред умалишенного.

«Pro solution tertia est statuam reliquias in sub longe capsam angulum, et Anna prope S. agmen ostendens continentes Rose reliquias Crucis acerra non tangit est clavem fracturam peterent in inde opere quod testaceo genitalem horam».

Она перевела написанное с латыни.

«Для решения третьей опоры в дальнем левом углу под Анной колонна Святой показывает крест остатки розы гроб с трещиной не влияет на основную цель работы которыми являются мощи гороскоп».

«Чушь какая-то», – подумала она и пошла в библиотеку за книгой о подвигах Святой Анны.

Но в жизнеописании матери Богородицы не было ничего, указывавшего хотя бы намеком на гробы с трещинами, поля или розы. Да и мощей этой святой в Польше, как сказал ей через несколько месяцев скитающийся монах из ордена паулинов, не было. Задавать наводящие вопросы самборским бернардинцам она побоялась.

Он забрел к Самборскому замку с кружкой для сбора на нужды бедняков, и Марианна воспользовалась случаем, попросила мать разрешить ей подать монаху милостыню. Она подошла к монаху, и, бросив злотый в кружку, попросила благословения.

– Не могли бы вы рассказать мне святой отец о Святой Анне – матери Богородицы? – спросила она, смиренно приняв благословение.

И монах поведал ей, то, что было давно известно. Он, видимо, был любителем болтать языком. Причем, говорил он странно, чуть ли не стихами, и приукрашивая речь эпитетами. Поэтому его рассказ занял больше получаса. Удивленная и слегка встревоженная долгим отсутствием дочери Ядвига подошла к ним вместе с фрейлинами, и, внимательно выслушав рассказ, спросила, давно ли монах был в Варшавском костеле Святой Анны, известным всей стране своей красотой. Монах, как оказалось, в Варшаве ни разу не был, хотя долго описывал красоты этого храма со слов настоятеля своего монастыря.

– Хранятся ли в нем чьи-то мощи, святой отец? – начала догадываться Марианна.

– Есть там мощи праведников великих, которых имена известны мне не все. Вернее было бы сказать, ни об одних из мощей тех мне не известно ничего. Но быть должны и ниши, и шкатулки, к которым покланяться ходит люд, чтоб излечить недуги и пороки – себя, своих родных благословить.

Монаха пригласили пообедать в доме для прислуги, на что он с удовольствием согласился, и покинул замок Мнишеков только на следующее утро, так как его сдобренная увесистым куском мясного пирога и кувшином красного вина проповедь, которую он монотонно читал зевающей челяди весь день, закончилась затемно.

На рассвете, когда паулин покидал ворота замка, Марианна уже вовсю расшифровывала письмо. Странная манера переставлять слова в предложениях, навела ее на мысль, что слова могут быть, точно также как и буквы намеренно перепутаны. Вечером добраться до заветных листов с тайной гороскопа ей не удалось, и половину ночи она ворочалась в кровати, пытаясь уснуть. А рано утром она дождалась, когда Ева выйдет из комнаты, и достала бумаги.

«Pro tertia statuam in longe angulum et prope agmen ostendens Rose Crucis non est fracturam in opere testaceo inde peterent clavem quod tangit acerra reliquias continentes in Reliquiarium capsella iacet pandunt vestigia nigrae ecclesiam Sancti Anne genitalem horam», – прочитала она.

Переведя со словарем текст, у нее получилось следующее:

«За третьей статуей, от дальнего угла около колонны с изображением розы и креста есть трещина в кладке там ищи ключ которым открывается шкатулка с мощами в шкатулке под мощами лежит разгадка костел Святой Анны гороскоп».

Девочка задумалась. Попасть в Варшаву, тем более без присмотра, можно было только одним путем – попросив об этом набожную матушку.