Читаем Мальчики в лодке полностью

В 1927 году он сделал открытие, которое произвело революцию в строительстве гоночных лодок в Америке. В течение многих лет Эд Лидэр, который сменил Хирама Конибера на посту командного тренера Вашингтона, предлагал Джорджу попробовать сделать лодку из местного, довольно широко распространенного западного красного кедра, стволы которого вырастали невероятно мощными в вашингтонской Британской Колумбии. Все-таки испанский кедр был дорогим удовольствием из-за того, что его приходилось привозить из Южной Америки (испанский кедр, или Cedrela odorata, на самом деле никакой не испанский, и более того, даже не кедр, это растение семейства махагониевых). Кроме того, этот испанский кедр был невероятно хрупким, и лодки, изготовленные из него, практически постоянно требовали починки. Идея испытать местную древесину привлекала Джорджа. Он уже на протяжении многих лет отмечал легкость и маневренность старых кедровых индийских каноэ, которые все еще иногда бороздили воды Пьюджет-Саунд. Но от эксперимента его отговорил главный тренер, Расти Кэллоу. Кэллоу в молодости работал дровосеком и, как и многие лесорубы, считал, что местный кедр годился только на дранки и досточки. Но когда Покок в итоге послушал свое сердце и стал пробовать работать с древесиной красного кедра в 1927 году, он был поражен тем, какие возможности открывал этот материал.

Западный красный кедр (Thuja plicata) – это удивительное дерево. Благодаря не слишком высокой плотности оно податливо, по нему легко работать как рубанком, так и пилой, и долотом. Открытая структура его волокон делает его легким и плавучим, а в гребле легкость обозначает значительную прибавку к скорости. Его частые и ровные волокна делают его прочным и упругим, его легко согнуть и при этом сложно вывести из равновесия или деформировать. В красном кедре нет смолы и сока, но его ткани содержат вещество, которое называется туяплицин, который служит натуральным консервантом и предотвращает гниение древесины и в то же время придает ей приятный аромат. Древесина кедра красивая, на нее приятно смотреть, она хорошо принимает лак и может быть отполирована до степени гладкости, необходимой для обеспечения минимального трения днища, что очень кстати для гоночной лодки.

Покок быстро перешел на новый материал. Он прочесал все северо-западные леса в поисках кедра самого лучшего качества, предпринимая далекие путешествия на пыльные пилорамы полуострова Олимпик и в далекие северные девственные леса Британской Колумбии. Он нашел то, что искал, в туманных дебрях, окружавших озеро Ковичан на острове Ванкувер. Из тех древних кедров, которые он здесь нашел – огромных, высоких, с плотной текстурой и прямыми ровными волокнами, которые легко отделялись друг от друга, – он выпиливал гладкие деревянные доски шириной по полметра и в длину по восемнадцать. И из этих полотен он нарезал одинаковые пары гораздо более тонких дощечек – изящные и тонкие полосы кедра в толщину по 1,3 см, в каждой паре одна – зеркальное отражение второй, с тем же рисунком волокон. Расположив эти зеркальные доски по разные стороны киля, он обеспечивал лодке идеальную симметрию как во внешнем виде, так и в ее показателях на воде.

Эти упругие полоски кедра также упростили процесс присоединения обшивки к ребрам лодки. Вместо забивания тысяч гвоздей теперь он просто стягивал ремнями деревянные полосы, примотав их к остову лодки, таким образом заставив их повторить ее форму, потом укрывал всю конструкцию тяжелыми одеялами и пускал пар из системы отопления лодочной станции под одеяла. Водяной пар размягчал кедр, и тот сгибался, поддаваясь натяжению ремней. Джордж выключал пар и снимал одеяла с лодки через три дня, и после этого кедровые полосы идеально держали форму. Теперь ему оставалось лишь высушить их и приклеить к раме. Такую технику салишские народы побережья Северо-Запада использовали много веков, чтобы изготавливать короба из гнутой древесины, из цельного куска кедра. Гладкие лодки, которые получались при такой технологии, были не только красивее лодок из испанского кедра, но также и очевидно быстрее. Гарвардский тренер ради эксперимента заказал одну из первых лодок, сделанных Джорджем Пококом из нового материала, и тут же написал ему, что на этом судне они на несколько полных секунд побили старые командные рекорды.