Читаем Мальчик у моря полностью

- Привыкнешь маленький - и взрослый расквасишься. Отставить плакать! командует солдат.

- Я б-больше не буду...

- И отвечать надо, как положено: есть отставить плакать!

- Есть отставить! - повторяет Сашук. - Только вы меня не прогоняйте. Я ничего не буду трогать и баловаться не буду.

- Пускай сидит, а? - говорит Хаким.

- Не положено. И там мать-отец хватятся, подумают - пропал.

- Так я же не пропал! - говорит приободрившийся Сашук. - Я с вами!

- Ладно, сиди пока. Вот придешь домой, отец тебе заднее место ремнем отполирует!

- Не, - вздыхает Сашук, - он ухи драть будет...

- Ухи - тоже доходчиво.

Будка совсем маленькая и пустая. Дверь, три оконных проема и скамейка. Ничего интересного. Солдаты стоят возле оконных проемов и смотрят. Сашук приподнимается на цыпочки, тоже заглядывает в проем, но ничего не видит. Вокруг темным-темно, только сверху подмигивают разгорающиеся звезды. Вдруг справа темнота взрывается. Дрожащий голубой столб света ударяет вверх, наклоняется - и внезапно появляются четкие, резкие, будто они совсем-совсем рядом, голубой обрыв над морем, пучки травы на нем; потом выпрыгивает из темноты далекий причал с транспортером, поголубевший бригадный барак сверкает бельмами оконных стекол.

- Чего это? - тихонько спрашивает Сашук.

- Прожектор.

- Он смотрит, да?

- Он светит. А смотрим мы.

Столб пронзительного дрожащего света, обшарив берег, бежит вправо, в нем начинает сверкать волновая рябь моря. Световой столб отворачивает все дальше и дальше вправо, потом вдруг исчезает, и вместо него перед глазами Сашука долго дрожит над морем черная полоса. Солдаты опускают бинокли.

- Вам тут хорошо шпионов ловить, - говорит Сашук. - С прожектором. Все видно. И плавней нет. А у нас в Некрасовке такие плавни на Ялпухе, как кто спрячется - ни за что не найдешь...

- Найдут и в плавнях.

- Разве с собакой, - сомневается Сашук. - У нас в Некрасовке тоже вышка есть. Только там не пограничники, дедушка Тарасыч сидит. И ружье у него большое. Куды больше ваших... Он, когда в виноградник кто залезет, ка-ак бабахнет! Солью.

- А что, лазят за виноградом?

- Лазят.

- И ты?

- И я, - помолчав, говорит Сашук.

- Так ведь воровать нехорошо.

- Конечно, нехорошо, - вздыхает Сашук. - А винограда-то хочется... Ребята идут, и я с ними...

- Разве так не дают?

- Ну - так! Так неинтересно... А скоро они полезут?

- Кто?

- Шпионы.

Солдаты смеются.

- Они заранее не объявляют.

- А когда полезут, вы будете стрелять?

- Там видно будет.

- А можно, я разок стрельну?.. Ну хоть подержу немножко, а?

- Автомат не игрушка. И вот что: на посту разговаривать не полагается. Раз попал в солдаты, делай как положено. Садись сюда на скамейку и веди наблюдение. Что надо ответить?

- Есть вести наблюдение.

- Давай действуй.

Сашук уставляется в оконный проем, но как ни старается, кроме звезд вверху и слабых отблесков их в море, ничего не видит. Смотреть в темноту скучно, и Сашук раза два клюет носом в дощатую стенку. Тогда он прислоняется к ней поудобнее, вплотную.

- Вот и порядок, - говорит над ним солдат с нашивками, - солдат спит, а служба идет...

- Я совсем и не сплю, - говорит Сашук.

Конечно, он не спит. Просто на дворе совсем-совсем темнеет. Даже звезды гаснут. И солдат не видно. Но он же слышит, как они разговаривают, значит, не спит... Просто ему наяву начинает казаться, что он видит сон. Солдат с нашивками и Хаким ходят от окошка к окошку и выглядывают. И Сашук тоже ходит и выглядывает. Потом солдат с нашивками вдруг останавливается и говорит:

"Какой же ты солдат без оружия? На, держи!"

Он снимает с себя автомат и надевает Сашуку.

"Насовсем?" - замирает от восторга Сашук.

"Конечно, насовсем".

Сашук сжимает автомат что есть мочи. Теперь пусть только шпионы полезут! Он как даст очередь: та-та-та-та-та...

- Что такое? - говорит Хаким. - У рыбаков свет зажгли, с фонарями бегают...

- Случилось что-то... Рядовой Усманов, пойти выяснить... Слышь, Хаким, прихвати и его, нечего ему тут кунять.

И Сашуку уже кажется, что он плывет вроде как в лодке - он не двигается, а его покачивает. И потом вдруг раздается крик, его хватают на руки, и так крепко, что ему становится больно...

Он на руках у матери, а над ним склоняются Иван Данилович, Игнат и Жорка. В руках у них "летучие мыши".

- Федор! - кричит в сторону Жорка. - Не ищи. Нашелся!

- Ты что ж, поганец? - говорит Иван Данилович. - Люди после работы, а тут за тобой по ночам бегай...

- Баловство все! - бурчит Игнат. - Незачем и брать было...

Топоча сапогами, из темноты выбегает отец.

- Вот я тебе покажу! - еще издали кричит он.

- Потом, потом, Федор! - кричит Иван Данилович. - Ночь, людям спать надо... Спасибо, солдат! - говорит он Хакиму.

- Пачиму паника? - спрашивает тот.

- Поганца этого искали... Думали, утоп. Где он был?

- К вышке пришел, в пограничники хочет, - смеется Хаким.

- Отец ему пропишет пограничников.

Мать уносит Сашука домой, кладет на топчан. Сашук утыкается в подушку и горько всхлипывает. Не потому, что он боится завтрашней выволочки. Выволочка сама собой. Ему обидно, что никакого автомата у него нет, а значит, и не было, и все ему только приснилось.

ЗВЕЗДОЧЕТ