Читаем Мальчик полностью

Агнус не смеялся. Вообще-то это он нашёл его, когда Корвус валялся на земле с ногой, вывернутой под таким невообразимым углом, что казалось, будто она сломана. Агнус помог ему подняться и буквально дотащил на себе до башни, где передал в умелые руки Морс.

Гай тоже не смеялся. Но Корвус видел, что спокойствие даётся ему ценой тяжелейшего напряжения воли. В уголках его серых глаз притаились лучики-смешинки. Казалось, ещё немного и Гай не выдержит и прыснет.

- Морс велела принести тебе ужин, - сказал Агнус, кивнув на горшок. - Как ты себя чувствуешь?

- Как ни странно, у меня болит нога, - съязвил Корвус. Смешинки в глазах Гая мало способствовали улучшению его настроения.

- Да, не повезло, - вздохнул Агнус. - Так странно видеть тебя в постели посреди дня. Обычно это ты приносишь мне и обед, и ужин.

В этом мальчик был прав. Агнус валился в постель чуть ли ни после каждой тренировки с Фортисом. То спину потянет, то руку вывихнет, то в обморок грохнется. В общем, парень был безнадёжен.

- Да ладно, всякое случается, - ответил ему Корвус. - Теперь твоя очередь за мной ухаживать. Гай, прекрати ржать!

Гай всё-таки не выдержал. Его смех эхом отразился от каменных стен башни.

- Прости, но это действительно глупо, - выдохнул он в перерывах между приступами хохота. - Это ж надо было пережить все извращённые упражнения Фортиса, чтобы потом грохнуться в каком-то овраге!

Корвус кисло улыбнулся.

- Поставьте уже этот горшок и идите. А то сами пропустите ужин. Морс будет недовольна.

Агнус заметно вздрогнул. Смех погас на губах Гая.

- Неужели нас могут наказать только за то, что мы опоздали на ужин? - дрожащим шёпотом спросил Агнус.

Ну, за опоздание, пожалуй, и не накажут. А вот, если вообще пропустить ужин, то очень может быть. Беспалые придерживались жёстких мер воспитания.

Наказывали в школе часто. За драки, прогулы, непослушание, плохую успеваемость на занятиях. Вообще за малейшую провинность. Как часто говорил Фортис, настоящим наказанием могут стать только две вещи: боль и унижение. Беспалые практиковали и то, и другое.

Боль обеспечивали плётки наставников. Они висели на поясе у каждого, и любой мог отхлестать ученика за малейший пустяк, даже не объясняя причин. А хлестали наставники жёстко, особенно Фортис. Часто случалось, что он рассекал кожу провинившегося до крови или оставлял на ней жуткие багровые синяки. Ученики ненавидели его плеть.

Но ещё сильнее они ненавидели второе наказание - позорный столб. Вот это уже было унижение в чистом виде. Позорные столбы вытянулись в ряд вдоль ограды, ровно десять штук. Хотя Корвус никогда не видел, чтобы они были заполнены даже наполовину. На каждом столбе был крюк, куда подвешивали за руки провинившихся учеников и оставляли их так на несколько часов. Но самым противным было то, что перед этим их раздевали догола, и каждый проходивший мог обсудить недостатки их фигуры.

- Уходите уже, - буркнул Корвус. - А то вдруг Морс в плохом настроении. Зачем вы вообще тут со мной треплетесь?

- Как зачем? - растерялся Агнус. - Ты же наш друг.

Друг... Корвус состроил скептическую гримасу. У него никогда не было друзей, ни в этой школе, ни за её пределами. Товарищи, возможно. Сообщники по выживанию в жёстких условиях жизни Беспалых. Корвус вообще не понимал, зачем они нужны, друзья.

Их ученическое сообщество легко можно было разделить на три группы: стадо, элита и одиночки. Бесспорным лидером был Брен, остальные повиновались малейшему его капризу. Элиту составляли дети князей: Тиберий, Нумерий и Марк. Флора они тоже признавали за своего, хоть он и был сыном сьерда, а не князя.

Остальные относились к стаду: Тит, Спурий, Агнус. Гай, как ни печально, тоже. Он безоговорочно выполнял всё, чего бы ни пожелал Брен и остальные княжичи. Но из всего стада самым забитым, пожалуй, был Агнус. И дня не проходило, чтобы парень не заработал очередную порцию насмешек.

Ну и, наконец, одиночки, те, кто ходили сами по себе. Урсус и Гней. К ним Корвус без лишней скромности причислял и себя.

Помимо общих групп были ещё маленькие, так сказать, группировки. Кто с кем "дружит", и кто с кем общается. С самого начала обучения их сообщество раскололось на такие вот компании.

Некоторые "дружили" со всеми, а некоторые - ни с кем. Например, Тит и Флор были очень популярны: первый благодаря своей колоде карт, а второй благодаря мандолине, которую приволок из дома, и приятному голосу. А вот Урсус и Гней, наоборот, всё время держались замкнуто и угрюмо. Хотя Урсус иногда неплохо общался с Бреном, а Гней - с Гаем.

Некоторые ходили парами. Например, Нумерий и Спурий, Тиберий и Марк. Агнус всё время таскался за Корвусом и называл другом. Гай вообще пытался примазаться ко всем. Беспрекословно слушался Брена, поддерживал общение с Гнеем. С Титом резался в карты, с Флором пел на два голоса. С Агнусом таскался за Корвусом и рассуждал о дружбе.

Наверно, такие парни могут притереться в любой компании.

- Он прав, пойдём, пока Морс не разозлилась, - Гай схватил Агнуса за руку. И в этот миг дверь в комнату отворилась. На пороге показался Фортис.