Читаем Максим (СИ) полностью

Максим успел свернуть в переулок и скрыться от развернувшегося автомобиля. Видимо, его подопечные поменяли планы и на всех парах понеслись домой. Нет, не домой - понял он, вновь увязавшись за внедорожником. На этот раз ехать было недалеко - автомобиль тормознул возле похожего на Прохоров, но более скромного особнячка. Водитель с пассажиром вошли внутрь, и твердо решившему решить все сегодня Максиму оставалось ждать. С сожалением, даже погладив его на прощание, он оставил в темном пролете мотоцикл и притаился, удобно устроившись на обвитой плюющем или виноградом - в темноте не разберешь- скамейке. Какой-то поздний пьяница спросил прикурить, но разглядев в свете выглянувшей на минутку луны собеседника, всхлипнул, перекрестился и провалился в уличную темень. Максим же пересел на дальний конец скамейки - туда, где царила тьма даже для любопытного месяца. Фосфорирующие стрелки показывали пол- второго. Это что-же, только два часа и прошло? - изумился Максим. Но события не дали развиться этому удивлению. Одна за другой в особняк стали продвигаться тени - в конце концов наблюдатель насчитал их двадцать шесть. "Вся королевская рать" - понял юноша. Ночное совещание? Или ночной налет? Или бал у Сатаны? Гадать долго не пришлось. Минут через пятнадцать вся эта свора, несколькими группками двинулась к особняку Прохора, а затем - через главный, запасной ходы и гараж - и в сам особняк.

– Поубивать бы их всех сейчас - подумалось мстителю, но он тут же понял - не справится. Нет у него таких сил. Сейчас? Вообще? Неважно. Нет. А есть они на одного - Прохора. На него - уже сейчас есть. Или все еще есть. Максим продолжал ждать финала, путаясь в своих чувствах и своих оставшихся силах. Сейчас бы хоть лунного света! Нельзя. А вот так, поливая лавку струйками крови - можно. Господи, спохватился он - кровь - то, кровь. И эти пули… Нет, - он решительно подвинулся на скамейке и расстегнув рубашку, бесстыже подставил простреленные грудь и живот под удивленный лунный взгляд. Впрочем, за свою вечность она и не такое видала - успокоил себя Макс, наслаждаясь вливающимися в него серебристыми лунными лучиками.

Ватага разошлась минут через тридцать - также бесшумно, но как-то не так решительно, как ворвалась. По подсчетам подростка в доме должны были остаться двое - Прохор со своим жлобом - Богданом. И еще этот - палач Микола. Ну, этот - не в счет. Он меня боится. И ли в счет? Но пора. Максим глубоко вздохнул наполненный ночным ароматом черемухи воздух и вторично направился в особняк, - на этот раз через все еще незакрытую дверь гаража.

– То ли мы не успели, то ли эти засранцы быстро слиняли.

– Это вряд ли. Разборка, так разборка. Видимо, просто надоело. Замочили наших двоих, а Миколу повесили, типа - "сколько можно ждать" - хмуро высказывал свои догадки Бодя. И хмурится было чему. Шеф-то облажался самым гадким образом. Как дешевка какая. Когда все собрались, он на полную громкость врубил свою мобилу.

– Это пытают Миколу. В моем же доме, - прокомментировал он рвущие динамик уже охрипшие вопли. - Это щенки. В моем доме. Пора разобраться.

– Это давно? - поинтересовался один из лейтенантов - усатый "Гуцул".

– Минут сорок, уже.

– Но шеф, чего базарим?

– Гуцул со своими - через гараж. Василь - бери своих - и через черный ход. Лось - твои со мной - через вход, - скомандовал Прохор и все рванулись к выходу из гаража Богданова дома.

– Опаньки - прокомментировал Лось наступившую вдруг тишину сотовика. Царствие небесное Миколе. Замучили. И то дело - минут сорок.

– Все хлопцы, бегом. Не выпускать никого. У меня это шакалье взвоет, - прорычал Прохор, бросаясь вперед. Намек на упрек был явно слышан в словах Лося, и это взъярило вожака. А дальше - больше. Все три группы, проникнув с разных сторон, соединились, наконец, в гараже. Не потому, что все дорожки вели именно туда. Просто там единственно где можно было хоть что-то увидеть. И они молча разглядывали. Два трупа у гаражных дверей - без признаков насилия. Пустое кресло (приближенные Прохора называли его пыточным) с шестью дырками от пуль и расплющенные о цементный пол сами пули. Лужа крови на месте отсутствующего мотоцикла. И, наконец, Микола, висящий на крюке в петле из собственного ремня.

– Кто- нибудь что- нибудь объяснит? - спросил, наконец, после долгого молчания все тот же Лось, разглядывая вынутого из петли, еще тепленького, но безусловно - мертвого штатного палача.

– Сбежали, сволочи. Закатовали и сбежали. Падаль. Ну ничего… Отбой пока. По домам. Разберемся - объяснил происшедшее Прохор.

– Послушай, Прохор, а чем его пытали-то, а,- поинтересовался Гуцул, со знанием дела осматривая труп своего коллеги. Ни одной ранки. Ничего. Я вначале думал - вон тем - он кивнул в сторону переноски, - но никаких следов.

– Нет, это мы с одним из шакалят здесь беседовали…

– Да… есть у них мастер… Золотые руки. Никаких следов. И у тех двоих - словно от приступа сердца скончались. Слушай, Прохор, этого их мастера надо к нам. Ему цены нет. Вот вместо Миколы, а?

– Разумно. Если найдем - перекупим. А пока отбой.