Читаем Мах-недоучка полностью

— Проще говоря, в зоне досягаемости подземных чудищ, — пояснил Дацул. — В нашем мире такие зоны находятся вокруг брошеных стойбищ. И любое живое существо, не успевшее до наступления темноты выбраться за пределы такой зоны, обречено на встречу с подземными тварями. Радиус зоны отчуждения вокруг брошеного стойбища равен примерно двадцати верстам. И если приравнять этот замок к брошеному стойбищу…

— Я тебя понял, — перебил Мах, — можно дальше не продолжать. Значит, по-твоему, двадцать верст вокруг замка на север, юг, восток и запад — это мертвая зона отчуждения?

Вместе с Дацулом кивнули и остальные трое оборотней.

— Погодите, — не сдавался рыцарь, — но деревни ведь наверняка огорожены частоколом, и на смотровых башнях днем и ночью дежурят остроглазые дозорные — помните, какой переполох начинался в селениях, мимо которых мы вчера проезжали, стоило дозорным увидеть наш отряд. Вот и в здешних деревнях они запросто могли издалека заметить подбирающихся чудовищ, поднять тревогу и…

— Нет, Мах, скорее всего все было совсем не так, — возразил Влад. — Частокол вокруг деревень, конечно, имелся, а принимая во внимание, что Гутус активное участвовал в многолетней войне, смотровые башни с глазастыми мальчишками наверху в его селеньях тоже были. Но они не заметили подбирающихся монстров и не подняли тревоги по той простой причине, что сперва их, а потом и всех в деревне, сморил очень крепкий сон. Настолько крепкий, что никто и ухом не повел, когда, чуя приближение лютой смерти, в сараях заревела ошалевшая от страха скотина, когда, поджав хвосты, тоскливо завыли деревенские псы, и даже когда послышался оглушительный треск толстенных бревен частокола, как хворостины ломающихся под яростным напором извне. Всем разумным существам в деревне в этот роковой момент, когда еще можно было попытаться спастись бегством, снился один и тот же сон. И ты не хуже меня знаешь какой.

— Про еду, — выдохнул Мах.

— В самую точку, — кивнул оборотень в законе.

— Ты так ярко описал картину вторжения подземных чудищ, как будто сам был тому свидетелем, — безжизненным голосом сказал Мах, все еще находящийся под впечатлением от услышанного.

— До сегодняшнего дня я ни разу с чудищами дела не имел. Но я слышал несколько правдивых историй от курасов, чудом спасшихся из захваченных стойбищ. Сопоставил их с твоим сегодняшним рассказом, и нарисовалась вот такая мрачная картина, — объяснил Влад.

— И все же я бы хотел посетить одну из деревень, — продолжал стоять на своем рыцарь. — Вдруг кому-то из людей удалось пережить нашествие монстров, и сейчас они нуждаются в нашей помощи.

— Воля твоя, — уступил Влад, — но желательно при этом не очень отклоняться от дороги в Туманный Град. Сам же говорил — времени у нас в обрез.

— Согласен, — кивнул Мах. — Дацул, среди окрестных деревень есть такие, что располагаются близ дороги в столицу?

— Таких две. Одна в пяти верстах от замка, она отступает от дороги примерно на полверсты. Вторая дальше, в девяти верстах от замка, она стоит у самой дороги, — проинформировал оборотень.

— Отлично, мы наведаемся и в ту, и в другую, — принял решение Мах. — Выступаем немедленно… Жёваный, ступай поторопи стражников, скажи, что мы ждем их во дворе.

Через четверть часа поредевший за ночь отряд покинул негостеприимный замок. Теперь место барона Верда во главе отряда занял его сын. Бок о бок с Махом шагали Дацул и Влад, следом за ними шли пятеро стражников, они несли на плечах носилки со спящим бароном Вердом, наспех сколоченные из частей разбитой мебели, и замыкали шествие, прикрывая тылы уязвимых носильщиков, Мямля и Жёваный.

— Обратил внимание, как кругом тихо? — неожиданно спросил Маха идущий справа Влад, когда отряд уже шел по широкой лесной дороге. К тому времени они удалились примерно на полмили от распахнутых настежь ворот замка.

— Ничего себе тихо, вон как ветер деревья полощет, — возразил рыцарь. — У тебя что, уши заложило? Лично я за шумом листвы не слышу даже собственных шагов.

— Я не об этих мертвых звуках.

— Мертвых?! Влад, ты несешь какой-то вздор!

— Мах, мы уже несколько минут идем по лесу, а я до сих пор не услышал ни одной птицы. Со мной такое впервые, — объяснил оборотень в законе. — Дацул, а ты что скажешь по этому поводу?

— Ничего удивительного, — откликнулся второй оборотень, — этот лес находится в зоне отчуждения.

— Послушайте, прекратите нагонять на меня тоску, — возмутился Мах. — На рассвете отец извел всех подземных чудищ в местном замке, и с сегодняшнего утра здесь больше нет никакой зоны отчуждения. Это понятно?

— Понятно, — неохотно откликнулись оба оборотня и обиженно примолкли. Но им тут же нашлась достойная замена в лице деда Пузыря.

— Напрасно ты, Махуня, на перевертышей своих накричал, — пожурил подопечного невидимый призрак. — Верд извел не всех подземных чудищ. Несколько страшилищ этой ночью охотились за пределами замка, и на рассвете они беспрепятственно вернулись в свое логово. Их немного, чуть больше десятка, но очень скоро они могут вновь расплодиться.

— Вот дерьмо! — позабыв о спутниках, в сердцах выкрикнул Мах.