Читаем Макбет полностью

– Я слышал это и понял твои слова так, что тебе не хочется следовать примеру Дункана и разбрасываться чересчур смелыми обещаниями. Поэтому арест Гекаты станет приятным сюрпризом. Ты ведь именно это планируешь, верно?

– Естественно, – ответил Макбет. – Гекату сложно поймать, но если подвернется возможность…

– К сожалению, судя по моему опыту, возможность редко подворачивается сама собой, – сказал Тортелл, – ее нужно искать. Так что ты придумал, чтобы арестовать Гекату?

Макбет кашлянул и, пытаясь собраться с мыслями, покрутил в руках чашку. Он уже давно заметил, что сосредоточиться становилось все труднее и труднее. Макбет чувствовал себя жонглером, которому бросают слишком много мячиков, и, падая, один из них тянул за собой все остальные, и тогда мысль приходилось начинать заново. Слишком большие дозы? Или чересчур маленькие? Макбет взглянул на сидевшего за журнальным столиком Сейтона, но тот ничем помочь ему не мог. Конечно. Лишь она поможет ему. Леди. Надо завязать с наркотой и поговорить с Леди. Лишь ей под силу разогнать туман и привести в порядок его мысли.

– Я хочу заманить его в ловушку, – проговорил Макбет.

– Что за ловушка?

– Подробности мы пока не обсуждали.

– Речь идет о злейшем враге этого города, поэтому буду признателен, если расскажешь мне обо всем, что придумаешь. – Тортелл поднялся. – Может, коротко введешь меня в курс дела завтра, на похоронах Дункана? И сообщишь о своем решении относительно выборов.

Не вставая, Макбет пожал протянутую ему руку. Глядя на стену за его спиной, Тортелл кивнул:

– Мне всегда нравилась эта картина, Макбет. Не провожай, дорогу я найду.

Макбет смотрел ему вслед и думал, что с каждой новой встречей Тортелл жиреет. К кофе он так и не притронулся. Макбет развернулся и посмотрел на картину. На огромном полотне были нарисованы мужчина и женщина, одетые как рабочие. Позади них шла целая ватага детей, а за ними розовело восходящее солнце. Пожалуй, ее повесил тут Дункан, решил Макбет. Кеннет наверняка предпочитал любоваться собственным портретом. Макбет наклонил голову, но так и не смог ухватить собственную мысль.

– Ну, Сейтон, что скажешь?

– Что я скажу? Пошел бы этот Тортелл к черту. Тебя здесь любят куда больше его.

Макбет кивнул. Сейтон был похож на него, он тоже не способен был увидеть всю картину в целом. Подобное умеет лишь Леди.

Леди не отпирала.

– Мне нужно поговорить с тобой, – умолял Макбет.

Ответа не последовало.

– Любимая!

– Это все из-за младенца, – сказал Джек.

Макбет повернулся и удивленно посмотрел на него.

– Я забрал у нее младенца. От него скверно пахло, и у меня не было другого выхода. Но она думает, что это вы мне приказали…

– Хорошо. Хорошо, Джек. Просто мне нужен ее совет в одном дельце, и… Ну да.

– В таком состоянии она вряд ли способна дать вам какой-нибудь совет. Осмелюсь спросить, что за дельце… Ох, простите, я забылся. Вы же не Леди.

– А с чего ты решил, что я Леди?

– Нет-нет, я только… Леди довольно часто делится со мною размышлениями, а я стараюсь рассеять ее сомнения. Опыта у меня мало, но иногда достаточно рассказать кому-нибудь вслух о своих помыслах.

– Хм. Пойдем, Джек, выпьем кофе.

– С удовольствием.

Макбет поднялся на мезонин и окинул взглядом игровой зал. Еще один тихий и почти безлюдный вечер. Среди игроков он не увидел ни одного знакомого. Где же они все?

– В «Обелиске», – сказал Джек, протягивая Макбету чашку дымящегося кофе.

– Что?

– Все наши постоянные клиенты в «Обелиске». Вы ведь об этом думали, верно?

– Не исключено, что и об этом.

– Вчера я зашел в «Обелиск» и насчитал там пятерых наших. С двумя из них я побеседовал. Как выяснилось, не только мы шпионим за «Обелиском», у них здесь тоже имеются осведомители. И «Обелиск» сделал нашим постоянным клиентам шикарное предложение.

– Шикарное предложение?

– Игра в кредит.

– Это противозаконно.

– Конечно, втайне. В бухгалтерских книгах «Обелиска» об этом не упоминается, а если владельцев спросить напрямую, то они будут отпираться.

– Значит, предложим то же самое.

– Как мне кажется, проблема не в этом. У нас в баре почти никого нет, видите? В «Обелиске» к бару не протолкнуться. Пиво и другая выпивка там на тридцать процентов дешевле, и благодаря этому люди не только больше пьют, но и играют более рискованно.

– Леди считает, что так мы привлекаем тех, кто выше ценит качество.

– Господин Макбет, в этом городе посетителей казино можно условно разделить на три группы. Заядлые игроки, которым плевать на дорогие ковры и коньяк. Им нужен хороший крупье, стол для покера, фермеры, которые приехали в город развеяться и которых сам Бог велел обчистить, и желательно кредит в казино. Такие ходят в «Обелиск». Вторая группа – те самые фермеры, которые прежде нередко заглядывали в «Инвернесс», потому что мы, как говорят, настоящее казино. Но недавно они прознали про «Обелиск» с его шумом, весельем и незамысловатыми развлечениями и переметнулись. Такие люди охотнее пойдут в караоке, а не в оперу.

– А опера – это мы?

– Им нужно дешевое пиво и дешевые девочки. Иначе зачем еще ездить в город?

– А третья группа?

Джек показал вниз: