Читаем Магия обмана. Том 2 полностью

Протянув к камню ладони и закрыв глаза, чтобы ни на что не отвлекаться, я остановилась в шаге от барьера и попробовала прочувствовать защитные поля или плетения. Магия казалась очень знакомой, но все же потребовалось несколько минут, чтобы понять, где и при каких обстоятельствах я уже ощущала такую защиту.

В высокой траве стрекотали кузнечики, неподалеку посвистывали птицы, сухой ветер шевелил волосы, меня окутывало жаром полуденного солнца и прогретой земли. Перед глазами возник образ Шэнли. Он сидел напротив, мы были в его кабинете, а между нами лежал кристалл памяти с воспоминаниями лорда Цорея. Глубокий красивый голос Шэнли, слова о природной защите таких кристаллов, о том, что они не допустят чужака к спрятанным воспоминаниям.

После недавнего происшествия боялась, что ничем не прикрытое любование сидящим напротив мужчиной, его теплой улыбкой и родным, необходимым мне даром спровоцирует помолвленную клятву. Но боль за грудиной так и не появилась, а я чувствовала себя под опекой, в безопасности.

— Здравствуй, Льяна, — раздался совсем близко знакомый мужской голос.

Я вздрогнула от неожиданности, открыла глаза и встретилась взглядом с молодым черноволосым эльфом. Он был старше меня, но незначительно. Лет на десять. Серые глаза, аристократические черты, тонкий шрам на правой скуле, уверенный разворот плеч и осанка, которую потом не испортили ни магическая болезнь, ни рабство.

— Дедушка Нальяс…

Он улыбнулся, тепло и с ощутимой радостью.

— Приятно, что ты меня помнишь.

— Но… как все это возможно? — я ошеломленно огляделась и вдруг поняла, что уже стою внутри защитного купола.

— Ты в моих воспоминаниях, Льяна, — он подошел на шаг, и некоторая призрачность его фигуры стала очевидна. — Χотя я надеялся, мы никогда здесь не встретимся.

— Почему? — я тщетно старалась побороть удивление и начать хоть немного соображать.

— Потому что я надеялся уберечь тебя от опасностей, заблокировав свой дар и воспоминания. Но, судя по всему, Зольди оказалась более настойчивой и везучей, чем я думал прежде, — он обезоруживающе улыбнулся, пожал плечами.

— Ты заблокировал дар и память добровольно? — неверяще нахмурилась я.

— Да, это бы добровольный и осознанный поступок, Льяна, — подтвердил он.

Я отлично помнила свои ощущения после того, как утратила магию полностью. Дедушка, оставшись с тройкой после десятки, наверняка чувствовал себя ничуть не лучше.

— Но… зачем? — вглядываясь в лицо стоящего передо мной эльфа, я безуспешно силилась представить ситуацию, в которой добровольно отказываюсь от огромной части себя.

— Все ответы в кристалле памяти, — дедушка приглашающим жестом указал на россыпь радуг в сердце камня и протянул мне раскрытую ладонь. — Ты готова их узнать? Готова узнать секреты неизвестного Пророка?

Он смотрел на меня с улыбкой, в голосе слышалась ирония. Я встретилась взглядом с Пророком, добровольно вырвавшим куски собственной памяти и лишившим себя магической десятки.

— Я хочу узнать твои секреты, потому что ты мой дедушка, а не потому что ты Пророк, — уточнила я, вложив ладонь в его руку.

— Я очень рад такому твоему ответу, — серьезно признался он, и в следующий миг мы оказались у переливающейся стены.

Моя ладонь прошла сквозь кристаллы, и я провалилась в марево чужих переживаний. Как и в других случаях, я стояла за спиной владельца воспоминаний, чувствовала его эмоции и видела то, на чем он был сконцентрирован, а остальное размывал туман.

Дедушка вернулся в империю Терон меньше, чем за год до ее падения. Ему даже еще не исполнилось пятьдесят, а уровень владения даром, мастерство, число заклинаний, которыми он уже в том возрасте пользовался, действительно впечатляли. Шэнли не ошибся, когда говорил, что настоящим Пророкам доступно удивительное волшебство. А еще я обратила внимание на дар дедушки. Такой же бирюзовый, как и мой, и точно так же украшенный синими спиральками.

Нальяс возвратился в империю вопреки просьбам родителей остаться на Лиельсе. Видения, которые он тогда ещё не связывал с даром Пророка и называл волей Великой, вели его в Терон. Там он пробовал остановить какого-то эльфа, собиравшего артефакт с неизвестным назначением. Но Нальяс, даже став императорским стражем, не смог ничего противопоставить силе Вещи.

Настоящее предназначение артефакта ужасало. В глазах стояли слезы, сердце сковывал страх. Я, как и Нальяс, понимала, что с чужаками нужно договариваться. Что нет иного пути! Переговоры с черными драконами и даже соглашение, способное все исправить, наполняло душу надеждой на менее кровавый исход.

Все рухнуло, когда вмешался Талаас, молодой, заносчивый, наглый, подлый бронзовый дракон. Будто похищения Вещи и большей части камней было мало, этот чешуйчатый гад убил императора Ардира и забрал императрицу Мадаис.