— Хм…. Как только он появится, телепортируй Брома куда-нибудь, Бруклинский Дьявол лишь придаст мощи нашему противнику.

— Приготовить лагерь?

— Да, стройте укрепления и готовьтесь к битве, этот маньяк не заставит себя ждать. Наша цель — убить его либо вывести на север, там его ждет неминуемая смерть.

— Ты нашел еще одного союзника?

— Со мной связался Неизвестный, он организовал охоту на Байрона. Это отличный шанс, как для нас, так и для него — убить этого психопата одним махом.

— А что он думает о нашем дальнейшем плане?

— Не думаю, что если мы ему поможем, то он будет препятствовать нашему покушению на Мэри Шелли. Эта сука должна гореть в аду, в этом вопросе нам никто воспротивиться.

— ….

— Тогда, на этом все, начинайте приготовления.

Маги круглого стола разошлись по своим местам. Карл остался в полном одиночестве, рассматривая потолок.

— Знаешь, Байрон. Ты оказался прав.

Он сунул руку себе в рот и засмеялся тем не ушедшим истерическим смехом, подергивая головой.

— Убивать — так весело!

Глава 7

Последняя капля сокрушающе обрушилась на макушку Брома. Кожа зашипела, расползаясь по черепушке. Тем не менее, юноша уже не обращал внимания на эту боль. Его тело не переставало дергаться в агониях, разбрасываясь нескончаемой кровью, но разум занялся другим мучением, настигшим его разум. Он не мог понять, о чем он думал: мысль охватывалась его немощными ручками и отлетала, как только проходила трепетная минута, оставляя Брома даже без осознания того, что он думал. Он не мог понять: кому верить — состраданию Марины или жестокости этой неумолимой боли. Он ничего не видел, ничего не слышал, его язык перестал воспринимать железный вкус крови, а нос забился застывшим результатом его лопнувших сосудов. Бром оторвался от мира, и только невероятные вспышки, помутняющие рассудок, возвращали его в бессердечную реальность. Поначалу он пытался стянуть с себя кольцо, но пальцы не слушались из-за порванных нервов и болевого паралича. Теперь Бруклинский Дьявол просто висел, ни на что уже не молясь и ничего не ожидая.

Где-то наверху послышался грохот, что-то помимо железа посыпалось на его голову, орошая красные слипшиеся волосы.

— Твою мать! Быстрее!

Несколько рук резво отцепило его от креста, случайно оторвав ногу. Это уже не имело значения.

— Дружок, если честно я не такой монстр, и мне тебя жаль. Отправлю тебя туда, где ты нужен. Не забудь мое имя — я Гофман. Удачи!

Его запихнули в непонятную пустоту, Бром почувствовал вакуумную пелену, обнимающей его рваное тело. Спустя секунду он приземлился головой на почву, свернув шею. Бром полежал некоторое время на сырой земле, не понимая, что происходит. Свежий ветерок сладостно обволакивал его нагое тело, облизывая дырки в плоти и торчащие кости. Наконец, его раны заросли, повязка на глазах снялась осторожным движением руки, и его тупое сознание обнаружило себя в лесу. Вокруг него стояли тополя и липы, теснящие друг друга под блеском луны. Она радостно встретилась с расставшимся с ней Бромом, нежно обрызгав его своим молочным светом. Сознание потихоньку возвращалось в его окровавленную голову, окропляя полумертвые участки памяти.

Рядом лежала какая-та девушка с оторванной головой. Она была в ночнушке, ее пятки были истоптаны и покрыты грязью, что свидетельствовало о том, что она долго куда-то, а скорее от кого-то бежала. Умеренно красивое тело распласталось на траве, рисуя на ней кривой кровавый овал. Голова валялась неподалеку, повернувшись Брому затылком. Коричневые волосы пропитались кровью, раскинувшись локонами в разные стороны.

Бром приподнялся, чтобы рассмотреть объект его тщательного изучения. Несколько раз споткнувшись от частичной потери координации, он дотопал до оторванной головы. Он пригнулся и аккуратно повернул окровавленный лик.

Это была Марина.

. .

В это время бетонное здание страдало от нахлынувшего потока молниеносных шаров. На этот раз они рвались с самого небосвода перпендикулярно вниз, раздавливая окрестности в лепешку. Стальной град был организован Байроном.

Он стоял перед зданием, грозно скрестив руки. Его взор не смешался с привычным безумием, а лишь сузился в суровые точки, разъедающие уверенность любого, кто посмотрел бы в эти зеленые зрачки. Толстые и густые брови собрались в узкие полосы, стягивающие лоб в яростные морщины. На плечах висел белый халат, будто взятый из кладовой одной из клиник, а ноги прятали джинсы. Байрон меж тем был абсолютно босой.

— Свиньи могут хрюкать, могут визжать, когда их режут или кормят. Но бодать хозяина и кусать его за руку им запрещается.

Скорость небесных снарядов увеличилась, от чего движения метеоров, действительно, напоминали дождь.

В это время за уничтожающимся зданием курчавый парень старательно лечил магией сломанное колено своего друга — Эрнста. Из глаз первого из них, как из фонарей, лился яркий свет, залечивающий раны.

— Что нам делать, в здании осталось еще двое! Каждая секунда в здании приближает их смерть!

— Успокойся, Антон! Быстрее доделывай мое колено, и я отправлюсь за ними, твой ор никому не поможет.

— Хорошо.