Читаем Магия дарит (ЛП) полностью

— Пожалуйста, скажите мне, что за ним наблюдают, чтобы он не совершил самоубийства? — сказал Кэрран.

— Конечно, — сказал Мастер Мертвых. — Он находится под присмотром психотерапевта, ему предоставлен доступ к священнику, и за ним наблюдают, даже когда он спит. Однако если он действительно захочет покончить с собой, никто из нас ничего не сможет сделать. Это прискорбно. Он приближается к концу своего пятилетнего контракта. Мы вложили много денег и времени в его образование.

Конечно. Как глупо с моей стороны забывать: у Племени не было сотрудников, у них были человеческие активы, к каждому из которых был прикреплен ценник.

— Я изучил твой рисунок надписи на ожерелье, — сказал Гастек. — Ты говоришь, что это похоже на какой-то рунический шрифт, но символы мне незнакомы. Насколько точен этот рисунок?

— Настолько точно, насколько это в человеческих силах, — сказала я ему.

Он поднял брови.

— Тебе знаком термин: «человеческий фактор»?

А тебе знакомо выражение «лучше заткнись»?

— Человек, переписавший руны с ожерелья – эксперт. Если ты их не знаешь, еще не значит, что он ошибается. Руны Старшего Футарка претерпели множество изменений за долгие годы.

Гастек достал копию рисунка Джули.

— Я тщательно их изучал и никогда раньше не видел подобной руны. Гастек указал на символ, похожий на крест с двойной диагональной стрелкой, указывающей налево.

Ну, разумеется. Он ее не узнает, следовательно, это не может быть руна.

— И руны Феху, и руны Ансуз имеют двойные значения. Почему у этой руны не могло быть также? Среди множества рун, дилетант не смог бы отличить ее от настоящих.

Гастек бросил на меня снисходительный взгляд.

— Дилетант – равно не профессионал, не специалист. Конечно, непрофессионал не смог бы отличить эту руну, Кейт. Мы могли бы добавить звезды и спирали, и он вряд ли бы выбрал их тоже.

Самодовольная задница.

Кэрран прочистил горло.

Я поняла, что сделала шаг в сторону Гастека. Не убивать, не бить, не уничтожать имущество. Помню.

— Мы передадим это дело эксперту, — сказал Кэрран.

— Я думаю, это разумно, учитывая обстоятельства.

О, как мило, что он дал нам свое разрешение.

— Откуда эксперт? — спросил Гастек.

— Из Норвежского Наследия, — ответила я.

Гастек сморщил лицо в подобии отвратительной усмешки, как будто он только что сунул голову в мешок с гнилой картошкой.

— Ты собираешься встретиться с нео-викингами?

— Да.

— Это невежественные шумные клоуны. Они только и делают, что сидят в своем «медовом зале», напиваются и дубасят друг друга, когда их мужественность оказывается под сомнением.

— Тебе не обязательно присутствовать, — сказала я ему.

Гастек издал многострадальный вздох.

— Что ж, ладно. Я приведу своего вампира.

Глава 5

Я ехала верхом на коне по кличке «Чувак», который так же отзывался на имя Фред, когда был в хорошем расположении духа. Для конюшен Стаи он был больше известен, как «Чалый Тенниссийский скакун». Насчет чалого окраса —правда — конь подо мной был темно-серого цвета, с черной гривой и лодыжками. Что касается Теннессийского скакуна... Ну, возможно немного, но в основном это был обычный спокойный конь. Огромный спокойный конь, почти двадцать пять сотен фунтов. Я слонялась к породе «Першерон». Сидеть на Чуваке было все равно, что ехать на маленьком слоне.

Присутствие вампира ставило Кэррана перед дилеммой. Он отказался ехать верхом, но и не позволил мне путешествовать в компании нежити без поддержки, так что пришлось пойти на компромисс. Мы заехали в офис «Новый рубеж», чтобы забрать Андреа. К сожалению, ее не оказалось на месте. Как выяснилось, были убиты какие-то оборотни, и Джим втянул ее в расследование, о чем он, конечно, забыл упомянуть. Вместо этого мы захватили Дерека и Асканио.

Дерек был нашим третьим сотрудником. Когда-то он был моим помощником, потом шпионом Джима, потом начальником личной охраны Кэррана, а теперь работал в "Новом рубеже", чтобы набраться опыта и понять, чем он хочет заниматься по жизни. Когда я впервые встретила его, ему едва исполнилось восемнадцать, и он был безумно красив. Сейчас ему было почти двадцать. Одни ублюдки вылили ему на лицо расплавленное серебро, и теперь они мертвы, а он так и не смог восстановиться полностью.

Асканио числился у нас стажером. Ему было пятнадцать, он был красив, как ангел, но натура его была от буды. Дети буд редко переживают подростковый период – многие из них проигрывают борьбу за свой рассудок и становятся люпами. Именно поэтому Асканио очень ценили, нянчились с ним и баловали сверх всякой меры. К сожалению, он слишком часто попадал в неприятности, и это привело к тому, что его отдали мне, потому что, по-видимому, я с наименьшей вероятностью могу его прибить.