Читаем Маг Земноморья полностью

Он шёл теперь на юг один через весь остров, в самом начале зимы, среди пустых и безжизненных просторов. С наступлением ночи начался дождь. Джед не произносил заклятий, чтобы отогнать непогоду: здесь всё, что касалось погоды, подчинялось Учителю Ветров, и без его ведома никто не мог творить чар на этот предмет. От дождя Джед укрылся под раскидистой ветвью лиственницы. Укутавшись поплотнее в плащ и лежа на сырой земле, он вспоминал об Огионе, который, наверное, так же бродил сейчас но горам Гонта, устраиваясь на ночлег, где придется. При этих мыслях Джед улыбнулся: светлый образ Огиона согревал его душу. В таком блаженном состоянии он с миром отходил ко сну, не замечая ни холода, ни сырости, ни вкрадчивого шёпота дождя. Пробудившись на рассвете, он увидел, что дождь уже кончился, а в складках его плаща пристроилось какое-то странное существо, ища защиты и тепла. Это была довольно редкая зверюшка. Джед с трудом вспомнил её имя — оутак.

Только на четырёх островах Архипелага обитают они: на островах Скала, Энсмер, Поуди и Ваторт. Эти существа с милыми мордашками малы и слабы, они покрыты коричневым мехом, и только большие глаза удивлённо смотрят на мир. Но при этом зубки их остры, а характер вспыльчив, поэтому приручить их нет никакой возможности. Они никогда не кричат, не пищат и не воют. Кажется, и голоса-то у них нет. Джед слегка коснулся зверька пальцем, и он проснулся, сладко зевнул, при этом показав свой коричневый язычок и белые острые зубки. Зверёк совершенно не испугался Джеда. «Оутак», — сказал Джед и вдруг вспомнил тысячу имён различных животных, которые он выучил в Башне, и тогда произнёс истинное имя зверька на языке Древней Речи: «Хоег! Хочешь пойти со мной?»

Оутак уселся на ладони Джеда и спокойно начал чистить свой мех.

Тогда Джед устроил его в складках капюшона и отправился дальше. Иногда днём зверёк соскакивал на землю и исчезал в лесу, но всегда возвращался и обязательно с мышкой в зубах, явно предлагая её хозяину на ужин. Джед вежливо отказывался от угощения, и они шли дальше, пока, наконец, вдали не засверкали огни Большого Дома. Все встретили Джеда тепло и радушно и предложили войти в ярко освещённый зал. Для Джеда это было равносильно возвращению домой. Во всей жизни не было у него места роднее. Джед был счастлив видеть знакомые лица. Дрок шёл к нему навстречу, широко улыбаясь своей доброй улыбкой, и Джед понял, насколько ему не хватало всего этого. Дрок уже кончил школу и был посвящён в маги, но это обстоятельство ничего не изменило в их отношениях. Они заговорили, и Джед понял, что за несколько минут он узнал больше, чем за целый год, проведённый в Башне.

Оутак по-прежнему сидел в складках его капюшона. Друзья устроились за большим столом в общей трапезной. Дрок хотел погладить зверька, но тут же отдёрнул руку: оутак обнажил острые маленькие зубки. Дрок засмеялся:

— Говорят, что человеку, который приручил дикого зверька, покровительствуют Древние Силы камня и ручья. Жди, Перепелятник, скоро и вода и камень начнут говорить с тобой.

— Странно, — не утерпел вездесущий Морион, — я слышал, что у Владыки есть ворон, а Маг из Арка, как уверяют старинные песни, держал даже дикого вепря на золотой цепи. Но чтобы носить с собой крысу — об этом, признаюсь, я ничего не слышал.

Все дружно рассмеялись. Рассмеялся и Джед. Это был прекрасный вечер, и так приятно было оказаться вновь в тепле, среди людей, которые понимают тебя. Но в словах Мориона было немало перца.

В эту ночь Большой Дом посетил Правитель с острова О. Когда-то он сам был учеником Архимага и теперь постоянно навещал школу либо на Зимние Торжества, либо во время Летних Празднеств. Вместе с лордом приехала и его супруга, молодая, красивая женщина с чёрными, как смоль, волосами, украшенными диадемой из опалов. Женщины, да ещё такие красивые, в здешних местах были редкостью, поэтому мудрые учителя неодобрительно посматривали на чужестранку. Молодые же ученики, напротив, глазели вовсю и без особого стеснения.

— Да для такой я что хочешь сделал бы, — не удержался Дрок, обращаясь к Джеду.

— Но она всего лишь женщина.

— Принцесса Эльфарран тоже была женщиной, а перед ней простёрлись во прахе все Внутренние Земли, а Высший Маг Хавнора не задумываясь отправился на гибель.

— Басни, — отмахнулся Джед. Но он тоже начал посматривать на леди, недоумевая, действительно ли существовала такая смертная красота, о которой повествуют легенды.