Всё-таки посетили один бардак – пятикомнатную квартиру в центре города, в которой обитало штук десять проституток. Фарид внимательно осмотрел каждую, с интонацией санинспектора выяснил анамнез, как часто они проверяются, допытывался, какой процент вероятности подцепить инфекцию.

– Если есть п**да и рот, значит, баба не урод, – ответили ему.

Он и сам не мог не видеть, что организмы трахопригодны, и так долго разглядывал их, что сложилось впечатление, что сейчас действительно кого-нибудь выберет и вы**ет. Но, после выматывающих торгов прозвучало его обычное: «Это для меня очень дорого».

Потом поехали в ночной клуб «Hollywood Nites» на Невском. Там Игорь Викторович пригласил за столик двух девиц, явно потерянных для добродетели, в блестящих лосинах, блузках, расстегнутых на все сиськи и волосами, выкрашенными в цвета взбесившегося поросенка. Андрей был представлен американцем, не знающим ни слова по-русски, и Фарид спросил, за какую сумму девушки согласятся провести с ним ночь.

– … а то затрахал нас америкашка, хотим скорее его сплавить.

Девушки озвучии стоимость: шестьсот долларов за двоих. Фарид стал торговаться в обычной своей манере. Андрей потягивал пиво, довольный, что можно прикинуться непонимающим и просто помолчать.

– А чем он занимается, ваш американец? – спросила одна из девиц.

– Да он русский, они прикалываются, – сказала вторая.

– Не, в натуре похож, зырь, как пиво пьёт!

И они, проследив за тем, как Андрей, сделав глоток, поставил кружку на стол, решили, что да, это настоящий американец.

– Ладно, скажу вам, кто он. Он сутер, приехал в Питер за товаром, – сообщил Игорь Викторович. – Поэтому обслужите его так, чтоб он вас взял к себе в Америку. У девчат вытянулись лица и они крикнули хором:

– Наконец в нашу блядскую жизнь заглянул заебись!

И они принялись обсуждать то чудесное и невероятное, что должно произойти – их позвала новая жизнь, в иные пределы и под новыми именами.

Почувствовав, что вот-вот расхохочется, Андрей встал и пошёл на танцпол, – подальше от этого дурдома.

После клуба поехали на Староневский проспект. Там всё повторилось снова – останавливаясь возле каждой проститутки, Фарид рассматривал девушку, торговался, выяснял, как дешевле: в машине или на квартире. В машине не полагалось, но после долгих уговоров девушки соглашались и на это, и на значительную скидку. За небольшую плату работница путантреста соглашалась пустить водителя Шкоды Октавии и двух пассажиров в тур по естественным отверстиям своего тела. Однако, доведя всех до белого каления – девушку, и своих спутников, Андрея с Игорем Викторовичем, Фарид произносил обречённо: «Это мне не по карману», и отъезжал, – чтобы возле следующей девицы продолжить. Причем уже по инерции, рассвет был уже все заметнее, и в это время на улице остались самые стойкие. Андрей отметил, что таких страшных баб не видел даже в троллейбусе – какая-то Кунсткамера на Староневском.

Занималось утро. Игорь Викторович, взглянув на часы, сказал, что мосты уже свели, и пора ехать домой.

– Теперь можно смело говорить, что провели ночь с проститутками, – произнёс Андрей с печальной иронией.

– Причем бесплатно! – добавил Игорь Викторович с обычной своей ухмылкой.

Глава 91

Белый Мерседес неторопливо катился по окаймленному пальмами приморскому бульвару. Сидящий за рулём Наум Малленкродт, прервав рассказ о рыбалке, сказал:

– Сказать, что рад твоему приезду – ничего не сказать. Помнишь, как мы в детстве раскурили сигару у тебя на даче и чуть не сдохли? А сейчас мы с тобой, два старпера, выпьем как следует, покурим, пожрём. Закатом полюбуемся, покалякаем.

Иосиф Григорьевич ответил не сразу. До этого он лишь однажды побывал за границей – в Болгарии, и это было ещё в советские времена. Долгие годы он не выезжал даже на черноморское побережье – боялся оставить без присмотра свою епархию хотя бы на один день. И сравнивал себя с графом Дракулой, который, перемещаясь по свету, брал с собой ящики с родной землёй. Точно так же Иосиф Григорьевич мог чувствовать себя спокойно лишь находясь в родном Волгограде. Но неожиданно для самого себя и для своих близких откликнулся на приглашение Наума, отношения с которым донельзя осложнились за последние три года. И приехал к нему на другой конец света, в Калифорнию. Друг детства вдруг почувствовал острую необходимость «разрулить все непонятки», и это вдруг нашло отклик в душе Иосифа Григорьевича. Настолько это выглядело нелепо – бросить всё и уехать за бугор на целый месяц – что он тотчас не раздумывая принял приглашение.

– Нельзя было затягиваться, сигары так не курят, – ответил он. – Ужас какой-то – как вспомню, как мы валялись на траве. Голова кружилась – казалось, что это земля кружится под тобой.

– А что самое интересное, Йоська, земля на самом деле кружится.

Они расхохотались.