Читаем Лысая гора полностью

— В самой глуши между Ведьминым и Русалочьим яром находится главная достопримечательность Лысой Горы — языческий храм, так называемое капище. Название происходит от древнерусского слова "капь", означающее идол. Расположено оно на возвышенности левого отрога Лысой горы, принимая во внимание, что сама гора имеет вид подковы.

В отличие от церквей, костёлов, мечетей и синагог — храмы язычников всегда располагались под открытым небом. Считается, что таким образом язычники оказываются ближе к природе и скорее могут быть услышанными своими богами, нежели те, кто наоборот загораживается от них экранированной поверхностью золотых куполов.

Территория капища ограничена, как видите, неглубокой канавкой охранного круга и составляет приблизительно сто метров в диаметре. В центре находится сама капь — четыре идола, которые выдолблены из цельных дубов и поставлены здесь ещё в 2002 году. Они символизируют Перуна, глядящего на все четыре стороны.

Посещать капище могут только язычники, совершающие здесь свои обряды. Причем, лишь мужчины.

— А почему женщинам нельзя? — возмущённо спросила девушка с массивной, выдвинутой вперёд нижней челюстью.

— Потому что это святилище Перуна — покровителя воинов. Женщины могут присутствовать здесь только по особым праздникам, Все прочие, кто приближаются к идолам, фотографируются там, а уж тем более разжигают там костры и распивают там спиртные напитки, делают это на свой страх и риск. Происходят обряды здесь обычно в дни языческих праздников, а сегодня как раз такой день.

— То есть они могут сейчас сюда прийти? — беспокойно произнёс похожий на кролика лопоухий мужчина в очках.

— Да, — кивнул гид, — поэтому долго мы здесь задерживаться не будем. Чужакам же сюда вход заказан. Об этом всех недвусмысленно предупреждает и стоящий за пределами круга чур Ярилы, держащий в руке острый нож, и четыре деревянных волка Семаргла, вздыбленных из земли с угрожающим оскалом, а также огромный жертвенный камень, вытесанный в форме куба и залитый для устрашения то ли кровью, то ли жидкостью, похожей на кровь.

Несмотря на это, сюда заходят все, кому не лень. Каждый, кто впервые попадает на гору, ставит своей целью непременно посетить и капище. Это непременный пункт программы. Перун является достопримечательностью Лысой Горы. Здесь часто бывают пешие экскурсии, подобная нашей, заезжают сюда и на туристских автобусах. Но не все приходят к языческим идолам с добрыми мыслями. Коекто постоянно вынашивает планы уничтожить их и сжечь.

Вот, посмотрите, — гид вытащил из сумки планшет и включил его. — Похожее языческое капище ещё совсем недавно находилось в северной столице бывшей советской империи.

Правда, вместо четырёх идолов, как видите, там стояло одно изваяние Перуна, хоть и четырёхликое. Охраняли капище в Петербурге в районе Купчино так же, как и здесь, четыре деревянных волка.

Питерские язычники, именующие себя "волками Семаргла", считают, что все славяне меж собою родичи, а боги славянские есть их предки прямые. При этом Перун — первейший из них. Чтобы укрепить дух славянского народа, они поставили идолы Перуна во многих городах России, включая даже самую крайнюю точку — Владивосток.

Но вскоре питерское капище было стёрто с лица земли тяжёлой техникой. Как писали в прессе, наступило второе крещение Руси: православные выступили в крестный поход против язычников.

Короче, питерских "волков" обложили и погнали прочь. Они спустились на юг и, как прежде, варяги с севера, застолбили себе местечко в сопредельном государстве, соорудив святилище Перуна на Лысой Горе в Киеве.

Здесь к ним примкнули местные язычники, и сейчас тут в обрядах участвуют более десятка человек, в основном молодежь: киевские студенты и школьники. При этом белые вышиванки у них прекрасно уживаются с джинсами, а мечи и топоры — с мобильниками и планшетами. Но, как и подобает волкам, все они на вид люди злые и угрюмые, ни с кем не общаются и никого знать не хотят. Поэтому на территорию капища мы с вами заходить не будем, дабы лишний раз их не позлить.

Как только экскурсанты удалились, Майя и Жива подошли к полянке ближе и вновь остановились, не решаясь переступить неглубокую канавку охранного круга. Путь им преграждал небольшого роста деревянный бородатый истукан с ножом в левой руке и с дубинкой — в правой.

— Это Ярила, — представила его Жива.

— Какой-то он слишком воинственный, — заметила Майя.

— Этот ещё дружелюбный. Обычно Ярилу изображают с отрезанной головой в руке.

— Ужас какой.

— Поэтому его надо задобрить, — посоветовала Жива. — Видишь, ему все деньги кидают.

На земле, а также на камне подношений возле истукана, действительно, валялось множество мелких монет. Майя сняла с плеч рюкзак, вытащила из кармашка кошелёк, вынула из него всю мелочь и бросила копейки на жертвенный камень.

— Ну вот, теперь можно, — взяла Жива кузину за руку. — Идём!

Но Майя почему-то не сдвинулась с места.

А ты хоть раз уже там была? — настороженно спросила она.

Была. Хотя девушкам вообще-то… находиться там не полагается.

— Почему?

— Ну, Перун ведь — это бог воинов.