Неожиданно на центральную поляну вновь завернул милицейский джип. Сидевшие в нём "беркуты", проехав мимо замерших на повороте двух парней, (тех самых, которых они совершенно напрасно час назад отметелили), лихо подкатили к пятой потерне, и, выскочив наружу, одновременно открыли обе задние дверцы, из которых один за другим выбрались три орка и одна эльфийка, отпущенные десять минут назад из-под стражи после часового пребывания в участке.

Один из орков, шаман Морий, тотчас радостно вскинул над головой свой бубен и, встряхнув им так, чтобы зазвенели бубенчики, принялся медленно и ритмично ударять в него то пальцами, то ладонью. Постепенно частота ударов стала убыстряться, чёткий перестук становился все громче и громче, и на самом пике к нему добавились пронзительные гортанные звуки самого шамана.

Призывая тем самым к себе своих сородичей, он пошёл по кругу, после чего пустился в перепляс. Заворожённые вводящими в транс резонирующими вибрациями, к нему тут же присоединились поэт-орк Петр и брутальный орк Барлог. Следом к их компании примкнула и эльфийка Таури. Видимо, совместно проведённое в милицейском "обезьяннике" время сблизило прежде непримиримых врагов.

С вершины крепостного вала к ним тотчас спустилась парочка эльфов и скрывавшаяся в дальних кустах подружка Барлога Гудрун. Под восторженные крики и восклицания состоялось всеобщее обнимание и целование, как будто они не виделись целую вечность.

Командир "беркутов", заметив стоявших перед входом в потерну женщину в красном сарафане и седую монашку в чёрном платье, с виноватым видом направился к ним.

— К сожалению, — вздохнул он, обращаясь к Навке, — дочку вашу мы пока ещё не нашли, да и с сатанистами, — кивнул он на пляшущих толкинистов и на стоявших вдали на обочине двух парней, — уже дважды накладка вышла. Но ничего, не волнуйтесь, — заверил он Навку с матерью, — мы продолжим поиски и обязательно её найдём.

— Пока вы тут разъезжали, — недовольно ответила ему Навка, — настоящие сатанисты уже давно в открытую здесь ходят.

— Где они?

— Минут пять назад я их видела в седьмой потерне.

— Спасибо за наводку.

Командир "беркутов" вернулся к джипу и крикнул стоявшему возле него водителю:

— По коням.

10. Шабаш

Сбежав от странных, не вполне адекватных и явно находящихся под веществами, надоедливых парней, Майя скрывалась всё это время на вершине крепостного вала. Боясь попасться им на глаза, она решила переждать, пока те скроются из вида, чтобы тут же спуститься вниз и встретиться с Живой, которая давно уже поджидала её в Ведьмином яру. Но парни почему-то с дороги никуда не уходили. Подскакивая на месте, как заведённые, они постоянно оставались на виду.

Майя решила пойти по гребню вала вперёд, чтобы отойти от них, как можно дальше. Неожиданно спереди, со стороны сгоревшей пожарной части она услышала жуткий вопль. Словно ктото внезапно увидел что-то страшное и не на шутку перепугался. Майя встревожено покрутила головой: панический девичий крик вдруг надорвался, и наступила немая тишина.

Её воображение тотчас нарисовало картинку вопящей от ужаса девушки, которую она видела на подпорной стенке. Майя вся обратилась в слух, ожидая повторного крика, и от напряжения вздрогнула, когда через пару секунд душераздирающий вопль повторился снова.

Побледнев, она застыла не месте, не зная, что делать: то ли спешить на помощь девушке, то ли бежать поскорее прочь отсюда. К счастью, никаких криков с той стороны больше не последовало, зато послышался далёкий шум машины. Вскоре Майя увидела внизу на дороге милицейский джип. Подойдя ближе к краю крепостного вала, она проследила за движением машины. Проехав мимо стоявших на углу парней (мгновенно переставших скакать при виде "беркутов"), джип завернул на Центральную поляну.

Как только шум мотора стих, Майя услышала другой звук. Это был глухой стук, доносившийся как будто бы из-под земли. Стук был размеренным, повторяющимся и однотипным — три долгих и один сдвоенный удар. Как если кто-то стучал в барабан деревянной колотушкой.

Пройдя немного вперёд, Майя отчётливо расслышала, что к барабану добавились аккомпанирующие звуки бубна с бубенчиками, дробь погремушек и щелчки кастаньет. Она поняла, что где-то поблизости находится тоннель, прорытый поперёк вала, в котором и играет этот ансамбль ударных инструментов. Подойдя к самому краю вала, Майя заглянула вниз и увидела кривую осину, растущую перед кирпичной кладкой арки. Тоннель находился прямо под ней.

Неожиданно, в двадцати метрах отсюда, внизу на дороге Майя заметила знакомую девушку в длинной чёрной юбке до пят, в туфлях на высоких каблуках, в полупрозрачной дымчатой блузке и с длинной косой до пояса.

Следом за ней полз на коленях гид, которого она также уже не раз встречала на горе сегодня. Присмотревшись, она разглядела (при этом мурашки поползли у неё по коже), что полз он не на коленях, а на двух змеиных хвостах.

Это был наг. Тот самый, о котором ей ещё с утра все уши прожужжала Жива. В ужасе отпрянув в сторону, Майя скрылась за ближним кустом цветущего терновника.