Читаем Лысая гора полностью

Когда дирижабль приблизился, дьякон заметил, что это были вовсе не вожжи, а длинные усы исполинского сома, плывущего по воздуху, как по воде. Само же существо оказалось гигантским богомолом с треугольной головой и с двумя антеннами-усами, похожими на рога дьявола. Склонный к мимикрии, он изменил свою зелёную окраску под тон лазоревого неба. Вот только огромные выпуклые глаза членистоногого хищника почему-то горели красным огнём.

Внезапное ускорение, сдвиг, — и вот уже о. Егорий глазами этого плотоядного насекомого смотрел с высоты рыбьего полёта на Лысую гору вниз. На одной из полян дьякон аки богомол вдруг разглядел себя, одиноко стоявшего в длинном чёрном плаще неподалёку от пасущихся на травке овец и коз. Натянув усы сома, богомол аки дьякон прекратил движение исполинской рыбы и, ринувшись вниз, вновь вернулся в прежнее тело.

По левую сторону от о. Егория за изгородью из колючей проволоки маялись в неволе козлы и козы, то и дело пытавшиеся перепрыгнуть через забор и вырваться на волю. По правую сторону находились овцы и бараны. Несмотря на то, что вокруг них не было никакой изгороди, они мирно паслись на воле и никуда не разбегались, покорно дожидаясь своего пастыря.

Ощутив себя пастырем, о. Егорий обратился к послушной пастве: "Агнцы! Наследуйте царство, уготованное вам от создания мира". К непокорным козлищам, в ушах которых торчали бирки со штрих-кодом, он обратился с иной речью: "А вам сейчас предстоит выбрать козла отпущения для жертвоприношения во славу господа нашего".

Несколько козлов с длинными седыми бородами коротко посовещались, и в тот же миг из глубины восьмой потерны вдруг ктото жутко ухнул. О. Егорий обернулся и в ужасе замер. Из чёрной арки тоннеля выглядывала громадная кошачья голова. Она была такая большая, что занимала треть проёма. У кошки были огромные, круглые, совсем чёрные без зрачков глаза и острый крючкообразный клюв. О. Егорий понял, что это была гигантская ушастая сова.

Бесшумно выпорхнув из арки, она подлетела к дьякону, схватила его в когтистые лапы и понесла назад в своё тоннельное дупло. Внутри уже вовсю пылал жертвенный костёр, вокруг которого с благочестивым видом собралось целое семейство иных богомолов, окрашенных под тон подземелья в тёмно-серый цвет. Грандиозные, выше человеческого роста, они стояли позади верховного богомола, чьи узкие плечи были накрыты жреческой мантией.

Отрешённо глядя на огонь и молитвенно сложив лапки перед грудью, жрец повернул к брошенной перед костром жертве свою отвратную голову и произнёс зловещие слова "авра кед авра".

Стоявшие позади него богомолы ритуально вскинули вверх передние конечности. Жрец тотчас схватил дьякона цепкими лапками и поднёс его голову ко рту, явно собираясь оторвать её перед тем, как бросить в огонь его бездыханное тело. О. Егорий замер в ужасе, заворожённый гипнотическим взглядом его огромных, выпуклых, расположенных по бокам головы, багровых глаз.

Внезапное ускорение, сдвиг, — и вот он вновь, после минутного пребывания в эмпиреях, очутился возле Гога и Магога.

— Ну, что, определились уже… с кем из двух вам по пути? — спросил его лысый дидько.

Ещё не придя в себя, о. Егорий ошеломлённо потряс головой.

— Нет? И не мудрено. Ведь между ними, как и между нами, особой разницы-то нет.

— Как это нет? — удивился дьякон. — Разве они похожи чем-то друг на друга?

— Как два сапога пара, — мигом ответил Магог.

Дьякон тут же вспомнил, что небесный богомол, и точно, отличался от подземного лишь цветом.

— Одним миром мазаны, — добавил Гог, — при этом один без другого в отдельности ничего не стоит.

— Быть этого не может! — воскликнул дьякон. — Бог — это бог, а сатана есть сатана. Они ж, как два полюса, всегда противостоят друг другу.

— Да, — согласился с ним Магог и тут же возразил, — они хоть и противоборствующие силы, но одного поля ягоды, и отличаются друг от друга так же, как правая и левая рука. Или как правый глаз и левый. Каждый из них имеет своё Всевидящее око. Вы же видели, — намекнул он, — какое они устроили тут светопреставление? Дьякон кивнул головой.

— А теперь, — потёр себе лоб Магог, словно открывая и у себя третий глаз, — я открою вам один маленький секрет… вернее, самую большую, скрываемую от людей тайну, чтобы вы поскорее определились со своим выбором.

— Какую ещё тайну? — с недоверием покосился на него дьякон.

— Ш-ш-ш, — отчаянно предупредил его Гог, приставив ко рту палец.

Не обращая на него внимания, Магог продолжил:

— На самом деле господь сам по себе ничего не определяет в этом мире.

— А кто ж тогда определяет, сатана? — злорадно усмехнулся о. Егорий.

— Никто из них, ни бог, ни сатана, — покачал головой Магог, — сами по себе ничего не решают. Как ничего не решают ни цари, ни императоры, ни вожди, ни президенты.

— А кто ж тогда решает? — удивился дьякон.

— Некая третья сила, — загадочно произнёс Гог, вступая в разговор.

— Что же это за сила такая? — заинтересовался о. Егорий.