Читаем Лыковы полностью

Вообще вопросом, как быть с семьей Лыковых, занималась власть, и в 1951 году было принято решение найти их, поселить на кордоне заповедника и зачислить Карпа Осиповича в штат наблюдателей. И эта работа поручалась руководству заповедника. Но об этом мы уже знали в 1951 году. Меня удивило другое. Чижиков рассказал мне об одном человеке, который в то время интересовал органы. Оказывается, я его знал, и сказал ему об этом. Чижиков посмеялся и ответил, что вот и хорошо, что ты об этом не знал, тебе тогда многое нельзя было знать. Человек этот ни в чем повинен не был, поэтому его и не трогали. Вот такие превратности судьбы.

Если говорить по существу, то это сейчас, когда я описываю события тех далеких теперь лет, многим может показаться, что тогда только и дел было, что думать и говорить о Лыковых, проводить совещания, рассуждать, как быть, как поступить и т. д. На самом деле жизнь шла своим чередом. О Лыковых вспоминали редко, и он практически не интересовал никого. И если бы не заповедник, то никто бы и не вспомнил о них.

Один из жителей поселка Килинск, где проживают родственники Лыковых, сказал мне:

– Никто их в тайгу не гнал, сами ушли, – и, подумав, добавил, – Лыковы мученики, в тьме жили и уйдут в забвенье. Но здесь можно возразить, что Лыковы своим отшельничеством, своим образом жизни, при полном отсутствии контактов с людьми привлекали всеобщее внимание. Случай действительно уникальный.

О них узнали в других странах мира и, «по горячим следам», много писали, много говорили, но постепенно страсти улеглись и успокоились. Пройдет время, и о них забудут, и вспоминать будет некому. Другие глобальные события вытесняют – «дела давно минувших дней». И останется все это в литературных источниках и в архивах.

Люди с пониманием отнеслись к трагедии семьи Лыковых и искренне старались хоть чем-то, хоть как-то помочь этим людям это свойственно русской душе. И факт свершился. Лыковым помогли и помогают оставшейся одинокой в этой жизни Агафье Карповне. Мир не без добрых людей, и слава Богу.

Сейчас главное – устроить жизнь в многострадальной России так, чтобы не бояться завтрашнего дня, и самое важное, чтобы не было у людей желания бросить все и уйти куда глаза глядят. Именно в России есть все возможности, какие только существуют для того, чтобы обеспечить для всех без исключения здоровый образ жизни и чтобы по всей России царило изобилие всего.

Заканчивая свое повествование, хотелось бы сказать, что я умышленно не касался вопросов внутренней жизни этой семьи. Все практически ушло в прошлое, и сейчас ворошить это прошлое, заглядывать в их личную жизнь было бы не совсем правильно с моей стороны, да и, наверно, некорректно. Их внутренние дела такие же, как у большинства семей русских крестьян. Лыковы, как и многие крестьянские семьи, будь то староверы или «мирские», были трудолюбивы, честны, но самое главное, любили свою землю и, как я уже говорил, радели за свою Родину – Россию. Им были свойственны все качества русского характера. Лыковы были не запятнаны ни в чем. Единственное, что их отличало – это их жизненный путь. Упрекать сейчас Карпа Осиповича с его твердым характером в правильности принимаемых им решений было бы несправедливо только лишь потому, что этот вопрос можно задать всем, а правильно ли принимались решения там, вверху, в те далекие теперь годы, по отношению к большинству населения державы. Но все ушло в прошлое. Главное – не повторять сейчас ошибок, коих столько нагородили, что и не счесть.

Хотелось бы в заключение пожелать этой одинокой, доброй женщине – Агафье Карповне Лыковой – здоровья и многие лета. Пусть всегда светится огонек в ее затерянном в суровой тайге домике как негасимая лампада, в напоминание всем живущим о царившем произволе на великих просторах многострадальной России, унесшим многие жизни.

Да хранит ее Бог.

Литература

1. История русского раскола. Составил преподаватель Олонецкой духовной семинарии, олонецкий епархиальный миссионер священник К. Плотников. Петрозаводск «Северная скоропечатная» р.г. Кац 1898 год.

2. В.М. Песков. Таежный тупик. Москва 1990 год. «Молодая гвардия» Кроме этого использовал рассказы очевидцев и личные наблюдения.

Фото

Заимка Агафьи в долине р. Бол. Абакан

Дом и надворные постройки

Агафья на рыбалке

Заготовка рыбы впрок

Копка картошки

Гости в жилище Агафьи

Пять минут отдыха

Нечастые гости

Очередное послание в «мир»

Перейти на страницу:

Похожие книги

Девочка из прошлого
Девочка из прошлого

– Папа! – слышу детский крик и оборачиваюсь.Девочка лет пяти несется ко мне.– Папочка! Наконец-то я тебя нашла, – подлетает и обнимает мои ноги.– Ты ошиблась, малышка. Я не твой папа, – присаживаюсь на корточки и поправляю съехавшую на бок шапку.– Мой-мой, я точно знаю, – порывисто обнимает меня за шею.– Как тебя зовут?– Анна Иванна. – Надо же, отчество угадала, только вот детей у меня нет, да и залетов не припоминаю. Дети – мое табу.– А маму как зовут?Вытаскивает помятую фотографию и протягивает мне.– Вот моя мама – Виктолия.Забираю снимок и смотрю на счастливые лица, запечатленные на нем. Я и Вика. Сердце срывается в бешеный галоп. Не может быть...

Брайан Макгиллоуэй , Слава Доронина , Адалинда Морриган , Сергей Гулевитский , Аля Драгам

Детективы / Биографии и Мемуары / Современные любовные романы / Классические детективы / Романы
След в океане
След в океане

Имя Александра Городницкого хорошо известно не только любителям поэзии и авторской песни, но и ученым, связанным с океанологией. В своей новой книге, автор рассказывает о детстве и юности, о том, как рождались песни, о научных экспедициях в Арктику и различные районы Мирового океана, о своих друзьях — писателях, поэтах, геологах, ученых.Это не просто мемуары — скорее, философско-лирический взгляд на мир и эпоху, попытка осмыслить недавнее прошлое, рассказать о людях, с которыми сталкивала судьба. А рассказчик Александр Городницкий великолепный, его неожиданный юмор, легкая ирония, умение подмечать детали, тонкое поэтическое восприятие окружающего делают «маленькое чудо»: мы как бы переносимся то на палубу «Крузенштерна», то на поляну Грушинского фестиваля авторской песни, оказываемся в одной компании с Юрием Визбором или Владимиром Высоцким, Натаном Эйдельманом или Давидом Самойловым.Пересказать книгу нельзя — прочитайте ее сами, и перед вами совершенно по-новому откроется человек, чьи песни знакомы с детства.Книга иллюстрирована фотографиями.

Александр Моисеевич Городницкий

Биографии и Мемуары / Документальное
Третий звонок
Третий звонок

В этой книге Михаил Козаков рассказывает о крутом повороте судьбы – своем переезде в Тель-Авив, о работе и жизни там, о возвращении в Россию…Израиль подарил незабываемый творческий опыт – играть на сцене и ставить спектакли на иврите. Там же актер преподавал в театральной студии Нисона Натива, создал «Русскую антрепризу Михаила Козакова» и, конечно, вел дневники.«Работа – это лекарство от всех бед. Я отдыхать не очень умею, не знаю, как это делается, но я сам выбрал себе такой путь». Когда он вернулся на родину, сбылись мечты сыграть шекспировских Шейлока и Лира, снять новые телефильмы, поставить театральные и музыкально-поэтические спектакли.Книга «Третий звонок» не подведение итогов: «После третьего звонка для меня начинается момент истины: я выхожу на сцену…»В 2011 году Михаила Козакова не стало. Но его размышления и воспоминания всегда будут жить на страницах автобиографической книги.

Михаил Михайлович Козаков , Карина Саркисьянц

Биографии и Мемуары / Театр / Психология / Образование и наука / Документальное