Читаем Лыковы полностью

Надо полагать, что Лыков неоднократно возвращался в мыслях ко всему тому, о чем ему говорил офицер. Дети – вот главное, о ком надо было думать, об их будущем устройстве. Чета Лыковых и в мыслях, и в тайных разговорах между собой наверняка касалась этой темы. Они прекрасно понимали, что недалек тот час, когда законы природы потребуют сближения с себе подобными для продолжения рода. Помнил Лыков содержание и тех разговоров, которые происходили, когда он неожиданно появился на кордоне заповедника в 1940 году. Тогда также главной темой в разговорах была судьба детей. Однако страх брал свое, и Лыковы имели на то основания. В крови был страх. Преследования, гонения из года в год, из века в век – все это крепко вошло в сознание, и изменить что-либо было страшно сложно. А события последних 15–16 лет, происходившие на территории родной России, особенно 1937 год, вселивший тревогу, настолько пугали, что Лыковы окончательно пришли к выводу, что уход в «пустынь» в 1937 году им не простят.

Офицер во время разговора говорил, что всех, кто отлынивал от службы в армии в период войны, серьезно наказывали. Это было то семя, которое крепко запало в душу и дало всходы. В данном случае, наряду с другими причинами ухода, это было главное, что порождало страх. Поэтому было решено уйти на новое место, так как люди, зная, где они живут, придут обязательно.

Сразу после возвращения домой приступили к сборам, и, пользуясь хорошей погодой, Карп Осипович с сыном забрали нужный инструмент, ушли к заранее облюбованному месту. Эта таежная елань, где предстояло обустраиваться на долгие годы, располагалась в окружении вековой кедровой тайги, которая, по мнению Лыкова, была более надежным местом, где найти их было значительно сложней. Здесь, на этой елани, предусмотрительный Лыков спустя года три после переселения на Еринат срубил сруб, покрыл его и оставил на случай внезапного переселения. И теперь это оказалось кстати.

Недостатком же являлось то, что елань находилась значительно выше в горах, чем их усадьба на Еринате. Здесь несколько позднее наступало тепло, раньше наступало похолодание и выпадал снег, поэтому вегетативный период в жизни растений был короче, что не могло не сказаться на выращивании огородных культур. Однако многолетний опыт подсказывал, что если своевременно все делать, то можно добиться успехов. Здесь протекал хороший ручей, никогда не пересыхающий, что так же было очень важно. Мест, подобранных для тайного проживания, было несколько, но это, куда отправились, было наиболее подходящим.

Спустя пять месяцев специальный отряд, посланный зимой с целью выселения Лыковых, буквально исколесил верховья Бол. Абакана, но обнаружить Лыковых так и не удалось. Ну, об этом будет подробно сказано, а сейчас ушли двое Лыковых, осеняя себя крестным знамением и шепча молитвы, к новому месту жительства, где их никто и ничто не ждало. Кругом тайга дремучая, суровая – чуть оплошал, и сгинешь, был человек – и нету, и искать никто не будет, так, значит, Богу угодно.

Но, имея огромный жизненный опыт проживания в экстремальных условиях, Лыков контролировал буквально каждый шаг всех членов семьи, внимательно следил и постоянно учил, что и как надо делать, чего надо опасаться, что нужно учитывать, делая что-то, и за многие годы в отрыве от всего мира практически не допустил никаких серьезных ошибок.

За тот короткий промежуток времени, что оставался до зимы, нужно было сделать многое: достроить избу, убрать огород и переселиться всем вместе с нехитрым скарбом и запасами на новое место жительства. Работали от зари до зари, прерываясь только для принятия пищи и молебнов.

Лыковы успели. Сделали практически все, что нужно было для проживания на новом месте, ценой неимоверных усилий и почти круглосуточного труда, и успели перенести почти все овощи. Осталось только кое-что из подсобного оборудования, часть картошки и полный лабаз черных, как смола, сухарей. На этом закончилась эта тревожная осень, принесшая столько страданий всей семье, живущей в постоянном страхе. Ушли и как в воду канули. Были и нету. Остался стоять небольшой домик с пустой глазницей, величиной с варежку, вместо окна, в доказательство того, что здесь еще совсем недавно теплилась жизнь.

Погода испортилась. Вершины суровых, молчаливых гор окутал грязно-серый туман, полили дожди, и север дохнул уже нешуточным холодом.

Денно и нощно молились Лыковы, воздавая хвалу Богу за то, что дал в основном хорошую погоду почти на все время переселения. Помнил Лыков, что не зря говорили старцы-раскольники:

– Молись денно и нощно, и Господь пошлет благодать, и будет спасение. Так оно и вышло. Ушли, и как будто их тут никогда и не было. Никто не помешал. Спаслись. Здесь, в глухой тайге в 1947 году родился у Лыковых сын Дмитрий.