Читаем Лыковы полностью

Многие не выдерживали такого страшного давления и, видя безысходность своего положения, уходили из жизни через самосожжение. К этому страшному обряду самоубийства на протяжении многих десятилетий прибегали раскольники по всей России, включая Сибирь и в частности Алтай, и никакие указы, увещевания не могли остановить этого жуткого явления. Только за первую половину XVIII века на Алтае произошло несколько случаев групповых самосожжений, в результате чего ушли из жизни сотни ни в чем неповинных людей. Это была одна из крайних форм протеста против карательных мер и других фактов насилия и притеснения раскольников.

Вообще, надо отдать должное этим людям – никто и ничто их не держало. Стремление жить вольно, свободно и быть верными старой вере вот главная цель, к которой стремились раскольники. А это была как раз любовь к своей Родине, к многострадальной России. И не их вина, что постоянные гонения, преследования и даже физическое уничтожение как инакомыслящих сделали этих людей замкнутыми, не словоохотливыми, упрямыми и в какой-то мере скупыми. Жизнь заставила их брать все это на вооружение и быть всегда настороже, беречь все, что необходимо для выживания. Главное, что берегли больше всего и с чем никогда не расставались – это книги дониконовского церковно-славянского письма в кожаных переплетах, медные позеленевшие распятия и иконы. И если приходилось внезапно бросать все, уходить в бега, этих культовых предметов никогда не бросали, забирали в первую очередь. И несмотря ни на что, эти люди выжили в вековой борьбе и остались верны старой вере и тем обычаям и обрядам, которые существовали на Руси до страшного времени, названного расколом.

Сами раскольники в своей среде так же были непримиримы со всеми, кто колебался, кто смалодушничал, кто как-то проявил желание уйти в «мир». Не щадили никого. Либо в лучшем случае изгоняли из поселений, либо жестоко наказывали, вплоть до физической расправы. Такое положение продолжалось десятилетиями.

Царь Петр III. Первый указ в защиту староверов. Екатерина II – начало новых отношений к расколу

Первый, кто вспомнил об ушедших за рубеж русских людях, был царь Петр Федорович III. Это он, узнав о том, что за границей в разных странах проживает очень много русских, несогласных с новой верой, и что их пы тались силовыми методами отлучить от старой веры, встал на их защиту. В изданном им указе разрешалось беспрепятственное возвращение в Россию всех ушед ших во время раскола. Не разрешалось чинить никаких препятствий в исполнении ими церковных законов. Отвращать раскольников от старой веры предлагалось не принуждением и огорчением, а увещеванием. Все это Петр III обосновал так: «...ибо внутри Всероссийской империи и иноверные, яко магометане и идолопоклонники, состоят».

Короткое время царствовал Петр III, и по-настоящему внедрить данный указ не успел. Однако именно при нем акты самосожжения прекратились. Это было начало новых отношений к расколу.

Придя к власти в результате переворота, Екатерина II, прекрасно понимая, что подобные указы необходимо претворять в жизнь тем самым получать одобрение в народе, обнародовала в первый год своего правления указ, который значительно подробнее толковал указ Петра III и был претворен в жизнь. В указе говорилось, что все бежавшие в таежные дебри, за границу могут вернуться на родину, носить бороды, не платить податей, носить любую одежду и селиться в любых местах. Отменен был также двойной налог, освобождены насильно заточенные в монастыри. Слово «раскольник» было запрещено, и дано полное прощение за побег и преступления, совершенные до указа. Раскольники могли занимать общественные должности в городах. Это был серьезный гуманный шаг. С радостью восприняли этот указ все, кто о нем узнал. Родина для них была дороже всего и лучше любой страны мира. Но возвращаться не спешили. Остерегались, и процесс возвращения растянулся на годы.

Однако власти по-прежнему относились довольно строго к беглым и к тем, кто старался жить тайно, и чтоб не было соблазна, им запрещалось строить церкви и часовни.

Выйдя из таежных дебрей, вернувшись на родину, староверы стали оседать на облюбованных местах. Многие двинулись в Сибирь. Часть староверов, вернувшихся из Польши, переселилась на Алтай, и здесь их прозвали поляками. Это название сохранялось почти до наших дней.

Забегая вперед, надо сказать, что окончательное прекращение гонений староверов произошло в 1905 году, когда последний русский царь Николай II обнародовал «Дарование религиозных свобод». 252 года гонений и унижений остались позади. В этом же году на могиле Ф.П. Морозовой был установлен крест с негасимой лампадой. Спустя еще 16 лет, в советское время, крест вместе с лампадой был снесен и уничтожен. Сделала это не церковь, а власть.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Девочка из прошлого
Девочка из прошлого

– Папа! – слышу детский крик и оборачиваюсь.Девочка лет пяти несется ко мне.– Папочка! Наконец-то я тебя нашла, – подлетает и обнимает мои ноги.– Ты ошиблась, малышка. Я не твой папа, – присаживаюсь на корточки и поправляю съехавшую на бок шапку.– Мой-мой, я точно знаю, – порывисто обнимает меня за шею.– Как тебя зовут?– Анна Иванна. – Надо же, отчество угадала, только вот детей у меня нет, да и залетов не припоминаю. Дети – мое табу.– А маму как зовут?Вытаскивает помятую фотографию и протягивает мне.– Вот моя мама – Виктолия.Забираю снимок и смотрю на счастливые лица, запечатленные на нем. Я и Вика. Сердце срывается в бешеный галоп. Не может быть...

Брайан Макгиллоуэй , Слава Доронина , Адалинда Морриган , Сергей Гулевитский , Аля Драгам

Детективы / Биографии и Мемуары / Современные любовные романы / Классические детективы / Романы
След в океане
След в океане

Имя Александра Городницкого хорошо известно не только любителям поэзии и авторской песни, но и ученым, связанным с океанологией. В своей новой книге, автор рассказывает о детстве и юности, о том, как рождались песни, о научных экспедициях в Арктику и различные районы Мирового океана, о своих друзьях — писателях, поэтах, геологах, ученых.Это не просто мемуары — скорее, философско-лирический взгляд на мир и эпоху, попытка осмыслить недавнее прошлое, рассказать о людях, с которыми сталкивала судьба. А рассказчик Александр Городницкий великолепный, его неожиданный юмор, легкая ирония, умение подмечать детали, тонкое поэтическое восприятие окружающего делают «маленькое чудо»: мы как бы переносимся то на палубу «Крузенштерна», то на поляну Грушинского фестиваля авторской песни, оказываемся в одной компании с Юрием Визбором или Владимиром Высоцким, Натаном Эйдельманом или Давидом Самойловым.Пересказать книгу нельзя — прочитайте ее сами, и перед вами совершенно по-новому откроется человек, чьи песни знакомы с детства.Книга иллюстрирована фотографиями.

Александр Моисеевич Городницкий

Биографии и Мемуары / Документальное
Третий звонок
Третий звонок

В этой книге Михаил Козаков рассказывает о крутом повороте судьбы – своем переезде в Тель-Авив, о работе и жизни там, о возвращении в Россию…Израиль подарил незабываемый творческий опыт – играть на сцене и ставить спектакли на иврите. Там же актер преподавал в театральной студии Нисона Натива, создал «Русскую антрепризу Михаила Козакова» и, конечно, вел дневники.«Работа – это лекарство от всех бед. Я отдыхать не очень умею, не знаю, как это делается, но я сам выбрал себе такой путь». Когда он вернулся на родину, сбылись мечты сыграть шекспировских Шейлока и Лира, снять новые телефильмы, поставить театральные и музыкально-поэтические спектакли.Книга «Третий звонок» не подведение итогов: «После третьего звонка для меня начинается момент истины: я выхожу на сцену…»В 2011 году Михаила Козакова не стало. Но его размышления и воспоминания всегда будут жить на страницах автобиографической книги.

Михаил Михайлович Козаков , Карина Саркисьянц

Биографии и Мемуары / Театр / Психология / Образование и наука / Документальное