Читаем Львы в наследство полностью

Я часто сопровождал Джорджа в поисках львицы Гроу и ее прайда, насчитывавшего восемь членов, используя эти походы для изучения жизни за пределами лагеря, на территории заповедника. Я читал по земле, словно по раскрытой книге, подмечал все подробности, и мне не потребовалось много времени, чтобы понять, сколь прекрасна дикая природа Коры. Но ее недавняя история тесно связана с деятельностью человека. Купцы издавна пересекали на одномачтовых суденышках Индийский океан, ходили в страны Персидского залива. Самыми желанными для них были такие товары, как ладан и мирра, которые добывались, в частности, в Коре. Джордж рассказал мне, что мирру получали из акации коммифоры, а ладан – из растения близкого ей семейства – Boswellia carteri.

Главная достопримечательность Коры – река Тана, питающаяся потоками с южных и восточных склонов горы Кения и восточных склонов Абердэра. Теперь воды ее темны, скованы целой чередой плотин, а когда-то это была сверкающая чистая река, несшая свои живые, ничем не стесненные воды к Индийскому океану.

Когда я увидел берега Таны, они были совершенно лишенными травы из-за нещадно вытаптывающих и поедающих ее стад, принадлежащих сомалийцам. Поголовье бегемотов, едва оправившееся от последствий предыдущей засухи, оказалось перед лицом еще более страшной угрозы. Немало пальм дум было уничтожено сомалийскими пастухами, выжигавшими землю в отчаянных попытках снова заставить расти здесь траву. Но безмолвный, кажущийся мертвенным облик Коры обманчив – стоит улучшиться условиям, и она, как и всякий подобный уголок Африки, мгновенно преображается. Природа Коры уникальна, но, к сожалению, для большинства людей она не имеет той эстетической привлекательности, что, например, заповедники Масаи-Мара или Масаи-Амбосели. Так или иначе, но это тот тип страны, который я люблю. Сушь, низкий уровень осадков и не видимый постороннему глазу животный мир – все это создает мистический облик, скрывающий истинную сущность этого чудесного уголка!

В 1970 году – ровно через сто лет после появления на заросшей непроходимым колючим кустарником земле ньики [5] первых исследователей-европейцев – Джордж решил поселиться в этом месте, которое позже, благодаря его усилиям, стало национальным заповедником Кора. Джордж приехал сюда продолжать свою работу и искать убежище для льва по имени Кристиан (он собирался после подготовки выпустить его в родную стихию), а также для тех, кто за ним последует. Место показалось ему идеальным: вся в кустах акации коммифоры территория, имеющая в плане треугольник, представлялась защищенным анклавом между земледельческим регионом на западе и скотоводческим на юге и востоке.

Джордж побывал в Коре за много лет до того, и ему запомнились густые кустарники и уединенность этого места. Оно казалось спасительной гаванью и для человека, и для льва. С ним приехал его брат Теренс, который много лет проработал в Кении на строительстве дорог. В этом регионе предполагалось развитие дорожной инфраструктуры на подобающем уровне, и его опыт и мастерство могли оказаться бесценными.

Они выбрали место для лагеря Кампи-иа-Симба между двумя живописными скалами Коры – они выглядели как часовые, стоящие на страже, их присутствие успокаивало. Но удивительнее всего то, что самой природой на них были высечены изображения львов.

В лунные ночи я видел на отвесной скале царственный силуэт могучего владыки зверей, а с другой стороны получался контур львицы с оскаленной пастью. Но и это не все – если свет падал под иным углом, можно было различить еще фигуры. Видно, Джорджу судьбой было назначено найти пристанище для своих львов среди скал, на которых время изваяло их желто-коричневые тела. Да и само название Кора подходит сюда как нельзя лучше: на местном языке оромо это значит место встреч. Правда, некогда в эти слова вкладывался иной смысл: здесь собирались воины для набегов на соседние племена.

В 1970 году местные жители под руководством Теренса проложили первые дороги. Егерь Мохаммед рассказывал мне, что был свидетелем множества случаев, когда строители, словно муравьи, врассыпную разбегались по кустам: в то время в этом регионе обитали черные носороги, и когда работавшие сталкивались с ними, и те и другие чуть не умирали от страха! Люди уносили ноги, едва заслышав приближающееся фырканье разъяренного зверя, а Теренс стрелял в воздух, пытаясь созвать рабочих вновь.

Но эти сцены остались в прошлом и не повторятся сегодня просто потому, что носорогов здесь теперь нет – их всех перебили браконьеры. Как слонов истребляли из-за их бивней, так носорогов – из-за их рогов, ценившихся на Среднем Востоке на вес золота.