Читаем Львиный Зев полностью

После того как государственные мужи, кряхтя и кланяясь, покинули палатку, Арвен решил наконец навестить Астин. С самого ее приезда они почти не виделись. Сначала он был страшно занят, а вчера рассердился на нее за выходку с Мейв. Путь до фиолетового с серебряными кистями шатра принцессы был недолог. Вечерело, в этот час девушка должна была бы уже укладываться спать, но Арвену не понравилась какая-то не жилая тишина возле ее палатки. Ему навстречу не вышел никто из орнейских слуг. Отогнув рукой полог, норлунг шагнул внутрь и застыл на пороге. Шатер был пуст. Ни людей, ни вещей.

- Она уехала, - раздался у него за спиной голос Раймона. - Извини, Арвен, но стаи твоих баб способны кому хочешь испортить настроение.

- Как уехала? - выдавил из себя норлунг, все еще не веря своим глазам. - Кто ей позволил? Почему ее не остановили? - он резко развернулся к герцогу Акситании. - Ты все знал? Ты всегда все знаешь! Особенно если это касается Астин!

Видимо, на лице короля читалась скорее растерянность, чем гнев, потому что Раймон заржал и хлопнул норлунга по плечу.

- У тебя идиотский вид, Арвен, - сказал он. - И ты задаешь слишком много вопросов. Кто? Куда? Зачем? Отвечать буду с конца, так удобнее, герцог выдержал паузу. - Да, я знал. Позволения Астин ни у кого никогда не спрашивала и спрашивать не будет, можешь быть уверен. Не остановили ее потому, что никто бы не осмелился остановить невесту арелатского короля, путешествующую с собственной свитой. Догонять ее вообще ни кому бы не пришло в голову.

Издевательский голос Раймона пресекся, потому что Львиный Зев, не склонный сейчас к шуткам, схватил друга за горло.

- Почему ты не остановил ее? Куда она поехала? Надолго?

- Опять с конца, - Раймон с трудом освободился от мертвой хватки короля. - Поехала в Орней. Навсегда, - на лице у герцога застыло скептическое выражение. - А не остановил я ее потому, что девочке надо подумать. Ей больно, она ни в чем не уверена и в первую очередь в тебе. Астин впервые столкнулась с толпой твоих бывших любовниц. Это надо пережить.

- Да какой там впервые? - заорал норлунг, чуть не отшвырнув Раймон на противоположный конец шатра. - Когда я привез ее в Лотеану, Зейнаб едва не сбила ее с ног и ничего!

- Тогда ей было все равно, - мягко возразил ему герцог. - Она еще не любила тебя.

- А теперь она любит и уезжает? - взвыл король. - Где логика?

- Любит и именно поэтому уезжает, - кивнул Раймон. - Астин - женщина, она мыслит иначе...

- Я этого не понимаю, - мотнул головой король. - Я догоню ее, и мы поговорим, - он довольно грубо отодвинул Раймона в сторону и вышел из палатки.

Герцог попытался остановить его.

- Сейчас это ничего не даст, только причинит боль вам обоим.

Но норлунг его не слушал. Привыкнув все решать быстро, он не мог заставить себя ждать, когда его душа разрывалась на куски, словно там ворочался большой когтистый зверь. Король отвязал первого попавшегося коня и пустил его галопом через весь лагерь. Многие удивленно оборачивались вслед, сломя голову несущемуся государю, но сейчас его это не беспокоило.

Дорога в Орней была одна. До Мелузины и дальше через невысокие, засаженные садами горы Арнской возвышенности. Маленький отряд Астин не успел отъехать далеко. Никто из спутников принцессы не догадывался, что она покинула лагерь без разрешения короля. Поэтому, когда Арвен на взмыленной лошади показался из-за поворота дороги, орнейские рыцари удивленно переглянулись.

Принцесса сделала им предупреждающий знак.

- Оставайтесь на месте и не приближайтесь к нам, пока я не позову.

Она слегка сжала коленями бока лошади и медленно поехала вперед. На душе у принцессы было нехорошо. Девушка не понимала, почему испытывает такой щемящий страх от одной мысли о том, как сейчас посмотрит в лицо Арвену. В то же время при виде мощной фигуры всадника, мчавшегося во весь опор по пыльной дороге, ее сердце готово было выпрыгнуть из груди от радости. Больше всего ей хотелось сейчас понестись ему на встречу таким же бешенным галопом и с криком повиснуть на шее. Но после разговора с Раймоном Астин понимала, что должна сдержать себя во что бы то ни стало. Кроме любви, у нее есть долг перед королем Арелата, и этот долг Астин собиралась исполнить даже вопреки своему чувству.

- Какого черта?! - норлунг остановил коня с такой силой, что животное присело на задние ноги, а брызнувшая из-под его копыт сухая земля обдала принцессу. - Я спрашиваю, какого черта?!

- Сир, - голос Астин был ласков и спокоен, как море в тихий день, но вместе с тем в нем чувствовалось отчуждение. - Сир, я понимаю ваше волнение. Но если вы рассмотрите сложившееся положение... - она говорила что-то о государственной выгоде Арелата, о союзе с Беотом или Рушалемом, но король не слышал ее. Он все острее ощущал, как между ним и Астин, еще вчера такой родной и надежной, вновь вырастает стена.

- Выгода вашего собственного королевства требует, чтобы я сейчас покинула лагерь и вы могли чувствовать себя совершенно свободно в отношении королевы Элисавелии и принцессы Бридегунды.