Читаем Лунный Ветер полностью

Я открыла дверь и увидела, что Сэмми и Дин ждут меня. Бекки и Джордж шли на пару шагов впереди, бок о бок.

— Что она хотела? — спросила Сэмми, и я чуть сморщила нос, как бы говоря, что ничего интересного.

Драконьи обещания или клятвы не имели значения для меня, поскольку я знала, что день, когда одно из них слетит с губ Блейка, будет днем, когда он уже не останется прежним.

Глава 3

Я думала, после возвращения Блейка заниматься станет легче. Но как же я ошибалась.

Блейк… Ну, это же Блейк. Он взбунтовался против любого взаимодействия со мной на всех занятиях, где только мог.

— Блейк? — ухмыляясь, позвала профессор Миа. — Не хочешь показать Елене, как это работает?

Он просто прищурился, и это уже заставило мой желудок перевернуться, не от желания к нему, а от осознания того, что его ответ будет жестоким.

— Зачем мне что-то показывать Елене? — ответил он, и я увидела, как Бекки уставилась на него.

Придурок.

— Блейк, она…

— Она ничто, Миа, и если ты собираешься настаивать на этом, мне не нужен этот урок, ты знаешь, что нет.

— Я всё ещё здесь, если ты забыл, — я вклинилась в разговор и пыталась говорить как можно резче.

Он уставился на меня.

— О, простите меня за прямоту, принцесса.

Его голос так и сочился сарказмом.

— Высокомерный ублюдок.

Я говорила тихо, но знала, что почти все в классе слышали меня.

— Серьезно, чувак, — вступился Джордж.

Блейк только бросил на него короткий взгляд.

— Джордж, не надо. Нет лекарства от тупоголовых.

Я встала и подошла к двери.

— Елена, — профессор Миа попыталась остановить меня, но я продолжала идти так быстро, как только могла, и вышла из купола Парфенона.

Когда вышла за дверь, я все еще могла слышать благодаря своему улучшенному слуху.

— Однажды ты пожалеешь обо всем этом, — сказала профессор Миа. — Несмотря на то, что другие профессора слишком напуганы, чтобы сказать это вслух. Я нет. Ты ведешь себя как придурок и плачущий ребенок за то, что эта девушка сделала для тебя. Ты ничего из этого не заслуживаешь.

Ладно, этого я не ожидала от Мии, но я закрыла уши и не услышала ответ Блейка.

Если поискать в словаре слово «безнадежные», там будет написано «Блейк и Елена». Этого никогда не должно было случиться, и с каждым днем я начинала осознавать это все больше и больше.

Я вернулась в свою комнату и снова начала читать мамин дневник.

Это было примерно в то время, когда она встретила Танию, она была поймана в ловушку дракона, ее крыло было сильно ранено, и моя мама просто написала, как была напугана. Что это исходит от нее. Моя мама впитала эмоции Тании, и я начала видеть закономерность. Моя мама тоже была частью дента. Она делила его с Танией, и они прошли через то же самое, что и мы.

Мой отец, благослови его Господь, был так нежен с Танией, что это заставило мою маму влюбиться в него еще больше.

Она также писала про Эмануэля, как он общался с Танией в форме дракона, сказав, что они были хорошие ребята.

Он успокаивал её, даже при том, что Эмануэль и сам не был уверен, что кому-то из них можно доверять.

Моя мама много писала о темной стороне Эмануэля, стороне, которую я никогда раньше не видела.

Ее истории лучшие. Моя мама была храброй, и я понимала, почему мой отец так хотел ее.

Она всегда говорила, что думает, и я могла только представить, какой королевой она была, какой матерью она была бы. Я стала бы совершенно другим человеком, если бы она показала мне, как быть храброй, сильной, бесстрашной и ничего не бояться.

Она точно говорила как одна из них. Даже в самые страшные моменты она никогда не плакала. Мама всегда находила способы защитить себя и выбраться из очередной передряги живой.

Звонок прозвенел снова, и настало время для полетов. Занятия, на которых я действительно хотела, чтобы Блейк участвовал, но это было еще одно желание, которое никогда не будет выполнено. Тем не менее, я пошла в Колизей и нашла профессора Владимира и профессора Александру, ожидающих на ринге.

Они оба улыбнулись, когда я вошла. Больше там никого не было.

— Елена! — поздоровалась профессор Александра. Она была драконом профессора Владимира и Ласточкокрылой, как и Констанс. Она была великолепна, с короткими серебристыми колючими волосами и прекрасными зелеными глазами.

Владимир же… ну, он был огромен: огромные плечи, огромные руки, исполинский рост — всё было огромным. У него каштановые волосы и нос с небольшой горбинкой. Мы с Бекки и Сэмми всё гадали: это ли делает его таким великолепным или нет?

— Профессора, — ответила я.

— Как думаешь, он придёт?

— Нет, у нас только что закончилось искусство войны. Этот дракон совершенно не готов выполнять свои обязанности.

— Дайте ему время, Елена, — сказал профессор Владимир, — стадия тупика никогда не была легкой для Драконианцев. Хроматические бунтуют столько, сколько могут, но они всегда поддаются.

— Всегда, — сказала профессор Александра. — Видела миллион раз. Он не исключение.

— Спасибо, — без особого воодушевления ответила я. Честно говоря, я совсем не верила, что такой день настанет.