Читаем Лунный бог полностью

Бросается в глаза, что в истории очень часто важные события объясняются затмениями, что решающие сражения античности происходили во время затмений или непосредственно до и после них. И Геродот[108], и Плиний[109] сообщают о солнечном затмении, которое произошло во время битвы мидян и лидийцев и вынудило обе стороны прекратить сражение и поспешно заключить мир. С исторической точки зрения это сомнительно.

Победа Ликофрона из Фер над фессалийцами была одержана, как сообщают, в день солнечного затмения. Если верить легенде, во время битвы при Гавгамелах, которая произошла 20 сентября 331 года до н. э. между войсками Александра Македонского и персидской армией, средь бела дня наступило полное лунное затмение. Между тем полная луна могла появиться на небе только при заходе солнца или после него. Очевидно, битва имела место одиннадцатью днями позднее.

Согласно преданию, и битва при Заме между римлянами и карфагенянами произошла при лунном затмении. В этой битве перед вратами Карфагена был разбит знаменитый полководец Ганнибал. И победа императора Веспасиана над Вителлием, через одно поколение после смерти Иисуса, также якобы сопровождалась лунным затмением.

Античные авторы передают, что и убийство Юлия Цезаря, и насильственная смерть римского императора Макрина были заранее предсказаны солнечным затмением. Император Макрин умер 8 июня 218 года, а солнечное затмение случилось через четыре месяца после этого события, 7 октября 218 года. Тем не менее Дион Кассий[110], современник этих событий, связывал убийство императора с солнечным затмением.

В течение долгих лет историческая наука заблуждалась относительно достоверности сведений, приводимых античными авторами по поводу совпадения затмений со значительными историческими событиями. Только благодаря скрупулезным исследованиям многих ученых удалось установить, что эти совпадения не имеют под собой реальной исторической почвы. Иногда между историческим событием и связываемым с ним затмением имеется разрыв в несколько лет. Так, Геродот утверждает, что в тот день, когда войска Ксеркса[111] двинулись из Сард в поход на Грецию, случилось солнечное затмение. Наукой установлено, что Ксеркс начал поход на Грецию весной 480 года до н. э., а наблюдавшееся в Малой Азии солнечное затмение произошло лишь два года спустя.

По норвежскому народному преданию, смерть короля Олафа Святого[112] в сражении при Стиклштадте (29 июля 1030 года) совпала с полным солнечным затмением, которое на самом деле произошло на пять недель позже. Но это не помешало авторам легенды красочно живописать, как во время битвы наступил такой мрак, что нельзя было отличить врага от друга.

Когда в 700 году до н. э. произошло полное, видимое от Ассирии до Палестины солнечное затмение, оно ввергло осаждавшие Иерусалим ассирийские войска в страх и трепет, вызвало панику и, возможно, способствовало снятию осады с Иерусалима.

Греческая история приводит пример пагубного воздействия солнечного затмения (27 августа 413 года до н. э.) на судьбу афинского флота в битве при Сиракузах и на разгром греческой армии.

В Китае астрологов предавали смертной казни, если они своевременно не уведомляли императора о предстоящем затмении. По сведениям одного из учеников Конфуция[113], императорский двор и сановники в ожидании солнечного затмения 14 августа 524 года до н. э. постились, не надевали парадных одежд и совершали жертвоприношения. Китайского императора Гуан У-ди (храмовое имя ханьского императора Лю-Сю, 25–37-е годы) затмение побудило пять дней не выходить из дому и издать указ: «Вид солнца и луны побуждает нас думать о том, что назрела необходимость исправить ошибки и недостатки и этим самым избежать несчастья, угрожающего нам с небес. Что касается меня самого, то я пребываю в крайнем страхе из-за содеянных мною преступлений».

О молебствиях по поводу затмений сообщает и римская история. Наиболее образованные римляне несомненно понимали, что затмение связано с совершенно естественными явлениями. Но глубоко укоренившаяся вера плохо поддается влиянию новых познаний. Чаще она прочно зиждется на древних обычаях.


Умер ли он действительно в день лунного затмения?


Дает ли все сказанное выше о затмении право ответить на вопрос о том, существовал ли Иисус Христос как историческое лицо? Вымысел, будто в день убийства Юлия Цезаря произошло затмение, не может служить подтверждением существования римского императора — подобного рода вывод был бы абсурдным; так и вымысел о затмении луны, происшедшем якобы в день смерти Иисуса, также не может быть доказательством того, что он на самом деле не жил. Напротив, из того факта, что день его смерти связывается с затмением, можно заключить, какое большое значение имел он для своего времени.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука
100 великих кладов
100 великих кладов

С глубокой древности тысячи людей мечтали найти настоящий клад, потрясающий воображение своей ценностью или общественной значимостью. В последние два столетия всё больше кладов попадает в руки профессиональных археологов, но среди нашедших клады есть и авантюристы, и просто случайные люди. Для одних находка крупного клада является выдающимся научным открытием, для других — обретением национальной или религиозной реликвии, а кому-то важна лишь рыночная стоимость обнаруженных сокровищ. Кто знает, сколько ещё нераскрытых загадок хранят недра земли, глубины морей и океанов? В историях о кладах подчас невозможно отличить правду от выдумки, а за отдельными ещё не найденными сокровищами тянется длинный кровавый след…Эта книга рассказывает о ста великих кладах всех времён и народов — реальных, легендарных и фантастических — от сокровищ Ура и Трои, золота скифов и фракийцев до призрачных богатств ордена тамплиеров, пиратов Карибского моря и запорожских казаков.

Николай Николаевич Непомнящий , Андрей Юрьевич Низовский

История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Брежневская партия. Советская держава в 1964-1985 годах
Брежневская партия. Советская держава в 1964-1985 годах

Данная книга известного историка Е. Ю. Спицына, посвященная 20-летней брежневской эпохе, стала долгожданным продолжением двух его прежних работ — «Осень патриарха» и «Хрущевская слякоть». Хорошо известно, что во всей историографии, да и в широком общественном сознании, закрепилось несколько названий этой эпохи, в том числе предельно лживый штамп «брежневский застой», рожденный архитекторами и прорабами горбачевской перестройки. Разоблачению этого и многих других штампов, баек и мифов, связанных как с фигурой самого Л. И. Брежнева, так и со многими явлениями и событиями того времени, и посвящена данная книга. Перед вами плод многолетних трудов автора, где на основе анализа огромного фактического материала, почерпнутого из самых разных архивов, многочисленных мемуаров и научной литературы, он представил свой строго научный взгляд на эту славную страницу нашей советской истории, которая у многих соотечественников до сих пор ассоциируется с лучшими годами их жизни.

Евгений Юрьевич Спицын

История / Образование и наука