Читаем Лунный блюз полностью

– Ты спятила?

– Нужно отдать деньги Саймону и Донне, – говорит она.

– Я не позволю! – кричишь ты, забираешь деньги и бежишь в свою машину.

Жена что-то говорит тебе. Бред! Бред! Бред! Усади детей в машину.

– Я никуда не поеду, – говорит Эн.

– Ну и черт с тобой, – говоришь ты.

Двигатель заводится лишь с третьего раза. Жмешь на газ. Эн стоит на дороге, и ты видишь в зеркало заднего вида, как удаляется ее фигура в клетчатом платье и накинутом на плечи осеннем плаще. Подумай о том, куда теперь ты поедешь. Дети на заднем сиденье спрашивают, почему ты не взял маму. Думай о новой жизни.

– Почему ты не взял маму?

Думай о переменах.

– Почему ты не взял маму?

Думай…

– Почему?

Думай…

– Почему?

Думай! Думай! Думай!

– Почему ты не взял маму?

– Черт!

Жмешь на тормоз и разворачиваешь машину. Назад. За женой.

– Сидите в машине, – говоришь детям.

Эн в твоем доме. Нет, дом уже не твой, но жена все еще твоя. Какие-то странные, незнакомые люди окружают ее.

– Почему позволила ты мужу править сердцем твоим? – говорят они твоей жене. – Почему лжешь нам, утаивая часть денег, вырученных от продажи дома? До того, как продала его, разве не был он твоим? А после продажи, разве не твоими были деньги, разве не могла ты ими распоряжаться? Зачем ты задумала такое? Не людям, а Богу солгала ты.

Выйди из дома. Вдохни холодный воздух. Глубже. Еще глубже. Дыши. Дыши! Дыши!!! Пара юнцов выносит тело твоей жены, завернутое в розовую простыню. Ты стоишь, прижавшись спиной к стене дома, и смотришь, как они закапывают Эн. Десять минут, полчаса, час. А может и три часа. Ты уже не замечаешь времени. Заходишь в дом, наливаешь себе стакан воды. Незнакомые люди снуют по дому как тараканы. Кто-то спрашивает тебя:

– Где деньги, которые Эн получила за этот дом?

– Я не знаю, – говоришь ты.

Мужчина смотрит на тебя сверху вниз.

– Значит, ты и твоя жена сговорились испытать дух наш? – спрашивае он. – Взгляни! Вон похоронившие жену твою уже у дверей, они и тебя вынесут.

Оборачиваешься и видишь двух юнцов, похоронивших твою жену. Сердце бешено колотится в груди. Сильнее. Еще сильнее. Ты слышишь его гул в своих ушах. Громче. Еще громче. Мир становится темным и далеким. Есть лишь стук сердца. Тук, тук. Тук, тук. Тук… Ты прислушиваешься, но оно больше не бьется. Совсем не бьется. Ты умираешь.

– Их уже больше пяти тысяч, – сказал Эпплтон Моргану. – И каждый час число их возрастает. Они продают свое имущество и приносят деньги Саймону и Донне. Они устроили огромные столовые прямо на улице. Безумие! Мой агент слышал, как Саймон сказал: Не подобает нам, оставив слово, беспокоиться о пропитании людей. Нужно выбрать из своей среды семь человек, исполненных мудрости и поручить эту службу им. У нас же есть более важные дела. – Эпплтон сплюнул себе под ноги. – Мои люди примыкают к этим идиотам! Чиновники, управляющие, службы порядка! Я хотел арестовать Саймону и Дону и привести их обратно, но мои люди не осмелились сделать этого. Клянусь, если не предпринять срочно решительных мер, то зверь вырвется из клетки!

– Мы не можем убить их, – сказал Морган.

– Лишь Саймона и Донну. У меня есть пара верных людей… – Эпплтон осекся.

Клея Райт встала из-за стола.

– Будьте осторожны с этими людьми, – сказала она. – Что вы хотите сделать? Помните, как недавно появился человек, выдававший себя за кого-то великого, и около четырехсот человек присоединилось к нему? Он был убит, и все последователи его превратились в ничто. После него во время переписи появился еще один и увлек за собой народ. Он тоже был убит, а все, кто следовали за ним, рассеялись. Поэтому теперь говорю вам: отступитесь от этих людей и оставьте их в покое. Так как если от людей это дело, то провалится оно, если же нет, то не сможем мы остановить их…

Савл Эпплтон покинул здание суда. Раскинутая им агентурная сеть все еще работала, но обстоятельства сменялись слишком быстро, чтобы можно было просто ждать.

– Тупая сука! – пробормотал Эпплтон, вспоминая Клею Райт. – Она ничего не понимает. Совсем ничего.

Но он понимает. Он не будет сидеть, сложа руки.

Служебная машина остановилась, и Эпплтон поднялся в свой офис. Тысячи дел, заведенных на последователей Саймона и Донны захламляли пол приемной. Два десятка проверенных агентов изучали и дополняли личные дела, вели картотеку, подмечали детали и докладывали Эпплтону. Докладывали, докладывали, докладывали…

Сев за стол, Эпплтон открыл папку с личным делом Стефана Френо. Агенты вычислили, что он был одним из первых. Люди собирались вокруг него, слушали его и шли к Саймону. Преимущественно это были шлюхи и разведенные женщины. «С тебя мы и начнем, милок», – решил Эпплтон.