Читаем Луна за облаком полностью

А куда же она уйдет? Чимита достала зеркало из сумки. «Лицо-то как раскраснелось! Попудрить надо. А то еще заметит, что переживала».

В отдел зашли Трубин и Карымов. Чимита выжидающе смотре­ла, что будет.

— Присаживайтесь, Виталий Иннокентьевич,— сказал Трубин мастеру.— Будьте, как дома.

Мастер что-то проворчал, сел за пустой стол, снял кепку и при­гладил редкие волосы на лысеющей макушке.

— Чего шум поднимать?— сказал он, поворачиваясь к Труби­ну. — Ребенок, слава богу, жив и здоров. К мамаше этого ребенка я ходил. Чего еще надо? Вроде бы ничего и не было.

— Нет, было!— Трубин стукнул ладонью по столу. — Вы уж ей, товарищу Догдомэ, растолкуйте по порядку. Как и что.

Трубин вынул папиросу, закурил, хотел положить спичку в пе­пельницу, но вдруг махнул рукой и вышел из кабинета.

— Что произошло?— спросила Чимита мастера, когда шаги Тру­бина затихли в коридоре.

— Ну, что...— Карымов надел кепку и тут же поспешно сдер­нул ее.— Вы уж простите меня, товарищ Догдомэ. Семья... дети у меня... шесть душ. Думаю: «Ну, что ей? За нее Шайдарон постоит. А за меня некому. Пришьют статью». А так-то ведь ничего и не случилось. Ребенок жив-здоров. С мамашей я уладил. Вы бы только извинили, тогда у меня и душа бы на месте. А? Как вы посчитаете?

— Что вы сделали с актом? Вы обрезали первую страницу? Да?

Карымов молчал, трясущимися пальцами мял кепку.

— Что же вы не отвечаете?

— Семья... шесть душ.— По его крупному белому лицу ходили багровые пятна.— Bac-то бы -защитили, а меня некому.

— Идите-ка домой, товарищ Карымов.

— Домой? А дальше как?— он перестал мять кепку.

— Никто никакой статьи вам не пришьет.

— Как же не пришьет?!

— Даю два дня срока. Если предписания акта не будут выпол­нены, товарищ Карымов, вы пойдете под суд. Сами знаете — за что.

— А если будут выполнены?

— Если выполнены... тогда будем считать инцидент исчерпан­ным.

Карымов поднялся, потер лоб. Он не очень-то верил, что все так просто обошлось.

— Ну, спасибо, товарищ инженер,— проговорил он, глядя себе под ноги. — Благодарю. Урок на всю жизнь.

После ухода мастера Чимита засомневалась, правильно ли она поступила. «Может, не надо было спускать? Он-то бы меня не пожа­лел. Если бы не Трубин, кто знает, какой оборот приняло бы дело. Ну да теперь все равно. Обещала. Раз обещала — точка. А как же Трубин узнал обо всем? Узнал и привел сюда Карымова. И почему- то неожиданно исчез».

Григорий остановился у стены и смотрел, как цепкая лапа ба­шенного крана легко оторвала от земли бадью с раствором и понес­ла. Колька и Мих вели кладку стены лестничной клетки. Увидели бадью, замахали руками: давай, мол!

А стена Григорию что-то не нравилась. И чем дольше он тут стоял, тем сильнее росло убеждение: «Проектировщики недосмотре­ли. Если так оставить, стена может рухнуть». Посмотрел на Кольку и Миха. «Неужели зря стараются? А может, мы сами виноваты?»

Григорий вернулся в бригадирскую, развернул чертежи. Прики­дывал так и этак, проверял еще и еще. Окончательно решил клад­ку приостановить.

Пришел мастер Карымов. Еле протиснул в дверь свои округлые бока.

— Ты что это, Григорий Алексеич, прямо с утра от солнца пря­чешься?— спросил он весело.

«Выходит, она его простила»,— подумал Григорий.

— Спрячешься! Никак не могу понять, как этот проект состав­ляли. Посмотри-ка, Виталий Иннокентич.

Мастер склонился над столом, водил карандашом по кальке.

— Нет, ты полюбуйся!— горячился Григорий.— Полюбуйся, что они сотворили! Это как же они хотят связать стену с основным каркасом?

Мастер положил карандаш, вздохнул:

— Черт-те что! Ну, а ты как? Что предлагаешь?

— Надо усилить связь... сделать обвязку и поставить монолит­ные консольные балки. Вот так... смотри.

Трубин взял карандаш, начал чертить.

— Э-э, так не пойдет,— покачал головой Карымов. — Этого де­лать нельзя.

— Почему?

— Тут статью пришить могут.

— Какую статью?

— Обыкновенную. Не знаешь уголовного кодекса.

— Я поговорю с проектировщиками.

— А кладка?

— Пока приостановим. У нас земляных работ сколько угодно.

— За неделю утрясешь с проектировщиками?

— Раньше сделаю.

— Ну-ну. А то возьмут за это место...— Мастер уцепил кончи­ками пальцев воротник собственной спецовки, выразительно подер­гал.— И статью пришить могут.

— Ты не из юристов ли?

— А что? Похоже?—прищурился Карымов.

— Уголовный кодекс, я вижу, из головы у тебя не выходит.

— Мало ли что... не выходит,— пробурчал мастер.— А ты смот­ри... Без проектировщиков ни одним пальцем... Ни-ни. А вот испра­вят чертежи, тогда валяй. А про акт этот... давай забудем, Григорий Алексеич. Мы с тобой оба строители. Мало ли что бывает. Она,эта Догдомэ, и то против меня ничего не имеет. «Выполни,— гово- 'рит,— к сроку предписания и инцидент исчерпан».

- Не одобряю я такие штучки,— сказал Трубин.— Ты меня знаешь. И давай не будем об этом... Раз она так решила... Ну, в общем...

— Ладно, ладно,— проговорил Карымов.— Так ты учти, проек- эовщиков я быстренько вызову.