– Ладно, я пошёл, будут деньги – заходите, – Егор начал открывать дверь машины.

– Подожди. Я так и знал, что это бред, – Костя погрустнел и продолжил, грустно устремив взгляд в даль. –Мне и Лера две недели то же самое говорит: «Убери его от нас, достал всех». Даже психиатра знакомого они на переговоры приглашали. Так он после сказал, что он их пациент. А через неделю, прикинь, позвонил и уточнил, что Рим учился в университете, специальность прикладная математика. Так на четвертом курсе у него был срыв, он год лежал у них. Он в архиве нашёл. Но предупредил, чтобы мы никому не болтали, но диагноз даже нам не скажет. Еще сказал, что периодически Рим ездит в соседний город на 2-3 месяца, видно, сейчас там проходит лечение. Самое интересное, что он там и прописан, и, видно, состоит на учёте. Мы всё равно решили раскрутить тему, так как у него реальные крутые знакомые есть. Живёт он непонятно на что, ведь не работает и не пенс.

– Это, наверное, бывшие знакомые его родителей, – робко предположил Егор.

– Да, может быть, у него дед – генерал НКВД, отец начальник был на железной дороге, мать финансами в области управляла. Я и думал, что эти связи помогут раскрутить любую тему, – грустно рассуждал Костя. – Слушай, я тут тебя напряг, смотри, у нас машина на отделе есть, водитель молодой, мне его обкатать надо. Возьми на три дня, поезди по своим делам, пусть попривыкнет, – Костя посмотрел на Егора.

– На весь день?

– Нет, с 10 утра до 16 часов. Заправка и прочее наше.

– Хорошо, спасибо, – Егор не ожидал такого поворота и лихорадочно думал, как бы плотно загрузить свалившуюся на него халявную машину.

– Да вон она, – Костя показал на новый микроавтобус, стоящий на служебной стоянке. – Короче, в 10 часов мне на городской звонишь и говоришь, куда ему подъехать. В 16 часов он должен быть тут. Это моя компенсация тебе за беспокойство.

Егор был рад, что хоть что-то получилось от этой странной встречи. Попрощались с Костей, можно сегодня пойти раньше домой, в офис ехать было бесполезно. Егор грустно побрёл на остановку, вяло пиная перед собой кусок льда, весь в думах, что ему делать дальше.

Ризограф

Дни вошли в свою привычную колею. Пока была халявная машина от администрации, было вообще прекрасно. Маша с Сенькой разъезжали по городу на микроавтобусе, Егор теперь быстро развозил печатную продукцию по клиентам, но вскоре счастье закончилась. Работы становилось всё меньше и меньше, рекламные агенты начинали выказывать своё недовольство.

Несмотря на еженедельную подачу объявлений в газеты и на остановочные стенды новые агенты не приходили так часто, как раньше. Рынок труда менялся: с одной стороны, работы становилось всё меньше, с другой – работать без твёрдого оклада на процентах никто уже не хотел. В довесок ко всему возникла проблема с офсетными пластинами для печати. Цены на офсетную печать резко взлетели, теперь печать заказов учебных брошюр для института стала проблемой.

Это был заказ Маши, она взяла его в своём родном пединституте, всё было хорошо: хорошая цена, низкая срочность обещания ежемесячных заказов в будущем. Но в течение трёх дней дешёвые пластины испарились, тут же сделав заказ убыточным. Уже 12 февраля, а свёрстанная брошюра так и существует лишь в виде файла на съёмном винчестере. Срок подошёл, печатать негде, вернуть деньги – навсегда порвать отношения с кормящим клиентом. Деньги с полученного аванса давно разошлись на выплату зарплат и текущих издержек. Егор несколько дней отчаянно пытался занять денег для выпуска заказа в надежде впоследствии получать постоянные заказы с хорошей маржой.

Утром Сенька и Маша как сговорились: пришли за авансом в счёт будущих заказов. Понятно, что им нужны деньги, но заказов нет, и будущее рисовалось отнюдь не радужным.

– Как я могу давать вам деньги в счёт того, что может не произойти? – возмущался Егор, бегая взад и вперёд по маленькому офису, судорожно сцепив руки за спиной. Кто-то железной рукой сдавил его желудок, и холодок безысходности шевелил волосы на голове и ниже.

– Ну так во всех фирмах давно всё на твёрдых окладах! Мы что, рыжие? – вскрикнул Сенька, выпучил глаза и начал активно обсасывать усы.

– Я тоже не могу так работать, уж лучше полы мыть. Одни предлагают торговать электрикой на полставки, – спокойно ответила Маша.

Маша, всегда преданная и спокойная, вдруг решила увольняться, это был нокаутирующий удар по бизнесу ЧП «Колос».

Их предложение было, по сути, ультиматумом. Переход на твёрдые оклады, выплата процентов в виде премий за большой объём заказов – такая система подрывала предприятие Егора на корню, вся идея расчёта зарплаты которого строилась на тезисе «нет денег – нет выплат». «А теперь прямо как в богадельне, – думал Егор. – Заказа нет, денег нет, а зарплата есть, и она постоянна. И где брать? Кредиты? Под несуществующие заказы? Такое возможно и существует на фондовом рынке, но лишь для крупных, якобы прибыльных компаний».