— По радио сказали, что трасса I-10 была заблокирована. Какая-то автомобильная авария с несколькими автомобилями. Поэтому он ехал сельскими дорогами. Срезал через юго-западный угол Нью-Мехико. Проделал почти весь путь до границы штата Аризона. Затем ему позвонила жена. У неё был новый адрес, где продавали такую же старую машину. На этот раз в Оклахоме.

— Но ты хотел продолжать двигаться на запад. Почему? Кто тебя там ждёт?

— Тихий океан.

— Я не понимаю.

— Назови это блажью. Я был в Нэшвилле, штат Теннесси. Там выступала музыкальная группа, которая мне нравится. Я послушал их в паре клубов, а потом, когда я уезжал из города, мимо пролетела странная птица. На мгновение мне показалось, что это пеликан и я вспомнил об Алькатрасе. Что навело меня на мысль об океане.

— И ты думаешь, что эта дорога приведёт тебя к океану?

— Нет. Мне наскучило стоять и ловить машину и я начал идти. Я увидел гигантское каменное сооружение на обочине шоссе со стрелкой, указывающей в эту сторону. Обелиск или памятник. Он был покрыт резьбой и причудливыми узорами. Мне показалось это любопытным. Я подумал: если дорожный знак такой занятный, на что же будет похож город?

— Посмотри сам, — сказала она. — Мы почти на месте.

Глава 8

Как раз в этот момент мы поднялись на вершину холма, и в поле зрения появился город. Он раскинулся прямо под нами, до него было не больше километра. Я увидел множество зданий со светлыми оштукатуренными стенами и терракотовыми крышами. Было трудно разобраться в планировке, казалось, город состоит из двух грубых овалов. Здания в левой стороне были низкими, в основном одноэтажными. Их стены выглядели несвежими, сами дома были разбросаны довольно беспорядочно. Дома, стоящие в правой части, были выше и аккуратнее. И стояли они более равномерно. В центральной части города были самые высокие здания. Я увидел арки, изгибы и внутренние дворики. Может быть, это был муниципальный район. Может быть, бары и рестораны тоже были где-то поблизости. Если в этом месте было что-то подобное.

Вдали, за городом, виднелся высокий металлический забор, он тянулся с востока на запад, насколько хватало глаз. Он выглядел прочным и неприветливым. Столбы забора стояли близко друг к другу, а их кончики были заостренными и острыми. Я предположил, что земля за ним принадлежит Мексике. Она выглядела так же, как и земля на американской стороне.

— О чём ты думаешь? — спросила Фентон.

— Мне кажется, я что-то упускаю.

Дендонкер приказал убить Майкла. У него в штате было по меньшей мере ещё трое человек. Микаэла говорила о нём так, словно он был вторым пришествием Аль Капоне, только ещё и сумасшедшим. Это означало, что он должен был базироваться в каком-то месте, где был высокий уровень преступности. Рэкет. Наркотики. Проституция. Обычные занятия для преступника. Но этот город выглядел не более чем сонной заводью. Такое место, куда можно приехать, чтобы избавиться от бессонницы. Я бы удивился, если здесь вообще когда-нибудь были проблемы с простыми магазинными кражами.

Я спросил:

— Дендонкер родился здесь?

Фентон не ответила. Она казалась погружённой в свои мысли.

Я снова спросил её:

— Дендонкер родился в этом городе?

— Что? — переспросила она. — Нет. Он родился во Франции.

— Итак, из всех Соединенных Штатов, а может быть, и всего мира, он решил поселиться здесь. Мне интересно, почему. Что ещё ты о нём знаешь?

— Не так много, как хотелось бы.

Фентон некоторое время молча смотрела на дорогу впереди, затем начала подробно отвечать на мой вопрос.

— Его полное имя — Ваад Ахмед Дендонкер. Его отец был немцем, а мать ливанкой. Он жил в Париже до восемнадцати лет, учился там в средней школе, затем был принят в Пенсильванский университет. По общему мнению, он был достаточно сообразительным ребёнком. Он получил степень бакалавра и остался, чтобы получить докторскую степень в области инженерии, но бросил учёбу через восемнадцать месяцев. Он вернулся во Францию, пару лет мотался по Европе и Ближнему Востоку, а потом его следы затерялись. Я не смогла найти никакой информации о нём до 2003 года, когда он снова появился в Ираке. Он начал работать в качестве одного из тех, кто обслуживал армию — переводчиков и просто помощников. Затем, в 2007 году, правительство начало программу по переправке этих парней в Штаты, чтобы спасти их от репрессий. Дендонкер подал заявку в мае 2008 года. Процесс проверки довольно тщательный, поэтому он получил визу только в апреле 2010 года. Правительство поселило его в городке под названием Гусиная Шейка, в штате Джорджия, там он устроился на работу на завод по переработке курятины. Он вёл себя очень аккуратно, по работе характеризовался только положительно. Он много путешествовал, но только в пределах страны, и много времени проводил в городской библиотеке. Через год он уволился и переехал сюда.

Она повернула налево после первых двух зданий на окраине города и начала пробираться через лабиринт извилистых улочек.

— Я могу понять его нежелание рубить цыплят до конца своей жизни, — сказал я. — Но это не объясняет, почему он выбрал именно это место.