Читаем Лучшая роль полностью

— Хватит, а? Я уже извинился, признал, что был неправ, я сам не знаю, почему я это сделал, я тогда был…

— Очень злой, — с яростной улыбкой перебила его Стефани. — Я в курсе, спасибо, ты не отличаешься оригинальностью. На будущее, если тебе приспичит позлиться, попробуй лечь и полежать спокойно, ни с кем не общаясь и ни к чему не прикасаясь.

— Я обязательно попробую, — ядовито фыркнул он, — и раз уж мы заговорили о будущем, может, ты забудешь этот гребаный эпизод и мы просто будем общаться по-нормальному? А я взамен поклянусь, что приложу все усилия, чтобы в будущем не испортить ничего, что принадлежит тебе.

— Это будет несложно, — усмехнулась Стеф, — от всего моего, что у тебя было, ты избавился, а ничего нового ты не получишь.

Он опустил глаза со смесью раздражения и грусти, тихо спросил:

— Так мы договорились?

— Все забыть? Ничего не буду обещать, но я попытаюсь, — Стеф невесело улыбнулась и встала из-за стола, пафосным шепотом добавив: — "Забудьте имя презренного Герострата"

Увидела, как его каменное лицо дрогнуло от злости, и удовлетворенно улыбнулась, возвращаясь за стол к Мари. Рыжая придвинула ей тарелку с блинчиками:

— Ты его уничтожила и разрушила до основания?

— Я его пощадила, — невесело усмехнулась Стефани, — он прекрасно разрушит себя и без моей помощи, у него отлично получается.

— Женщины, — с грустной насмешкой вздохнул Алекс, — что ж вы такие жестокие?

Стефани очень серьезно посмотрела на него и тихо ответила:

— Две недели назад он подарил мне несколько песен, но я все забывала их у него забрать. А вчера мы немного поссорились и вечером он прислал мне их в виде обрезков из шредера. Копии нет. Нигде. Вопрос еще актуален?

Алекс чуть расширил глаза и опустил голову, тихо вздохнув:

— Вот сучонок, — скосил глаза на Мари и сочувственно погладил ее по руке, опять посмотрел на Стеф, как будто собирался сказать что-то в утешение или в оправдание… долго думал, что, а потом сдался и промолчал. Пожал плечами и неуютно помялся, как будто чувствовал вину за весь мужской род, который в данный момент представлял, Стефани невольно улыбнулась, глядя на его терзания.

— Ладно, ребята, спасибо за завтрак, мне пора.

— К родителям поедешь? — подняла голову Мари. — Когда вернешься?

— Не знаю, — двинула плечами Стеф, — может, завтра. Пока.

Она вернулась в комнату, вытащила из-под кровати сумку, открыла, посмотрела на обрезки нот и выдохнула. Стало легче. Она еще утром хотела взять сумку с собой в столовую, эти проклятые бумажки постоянно маячили в голове, заставляя переживать и представлять всякие нелепые ситуации, вселяющие ужас — как кто-то их находит и выбрасывает, принимая за мусор, как они намокают и расползаются на лохмотья, как в комнате начинается пожар…

"Брось и успокойся, дурочка. Вот они, ничего с ними не случилось."

Стефани опять застегнула сумку и села на кровать, потом ей стало интересно, что скажут по поводу их ситуации Мари и Алекс, она прикусила губу, внутренне шпыняя себя за то, что подглядывание превращается у нее в дурную привычку, но потом все-таки не выдержала и закрыла глаза, настраиваясь на Мари.

Рыжая болтала ногами, искоса поглядывая на сидящего напротив Стивена. Он хмуро катал между ладонями чашку, потом бросил на Алекса нервный взгляд и рыкнул:

— Не знаю. Я был очень злой.

— И что тебя так разозлило? — невозмутимо поинтересовался Алекс, на что Стив резко опустил глаза и скривился еще злее, но промолчал. Алекс выразительно посмотрел на Мари, она махнула рукой и тихо спросила:

— А сейчас-то она чего так разозлилась?

— У нее спроси, — хмуро буркнул Стивен, вздохнул и чуть спокойнее добавил: — Я попросил ее забыть это глупое недоразумение, потому что нам еще работать вместе, и взаимная ненависть не сделает нашу работу продуктивнее, а она меня культурно послала и обозвала Геростратом.

Мари тяжко вздохнула и посмотрела на давящего улыбку Алекса, одним глотком допила чай и встала:

— Пойду, поговорю с ней, — бросила взгляд на Эванса, поднявшего на нее взгляд с оттенком глубоко упрятанной надежды, и фыркнула: — Но я бы не надеялась, что она тебя простит.

Мари ушла, Стефани переключилась на Алекса, чтобы видеть лицо Стивена. Парень понизил голос и спросил:

— Кто такой Герострат и почему им обзываются?

Эванс тихо прыснул и с легким удивлением поднял бровь:

— Ты не знаешь? Чего сразу не спросил? Сидел лыбу давил, как будто полностью в курсе… Перед дамой позориться не хотелось?

— Не хотелось, — раздраженно скривился хореограф. — Она такая начитанная, я и так себя рядом с ней деревенщиной чувствую. Каждый раз провожаю ее и сажусь гуглить непонятные слова, которые она использовала за вечер… только это гребаное имя я забуду, пока дойду до компа, — он задумчиво и невесело вздохнул и добавил: — Уже забыл. Так кто это?

Стивен снисходительно улыбнулся, но через секунду помрачнел: