Читаем Лучшая роль полностью

— Понимаешь, малыш, — Крис убито посмотрел на нее и отвел глаза, — мне очень тяжело пропускать через себя такое количество силы, тем более, что даже такого огромного количества нам с тобой и твоим демоном все равно не хватает. Мне из-за этого пришлось снять одно "кольцо", а мне без него очень плохо. Так что чем раньше ты перейдешь на самообеспечение, тем лучше.

В дверь заглянул Сэм и скомандовал:

— Через пять минут всех жду. Засиделись.

Крис посмотрел на него и вздохнул:

— Мне пора, малыш.

— Хорошо, до вечера, — она поцеловала его и уткнулась в тарелку, задумчиво ковыряя кашу.

"Без "золотой узды" ему плохо, что ли? Надо же. Неужели это из-за того, что я вчера вечером не захотела? Черт, ох и отношения у нас…"

Она достала телефон, проверила почту, скопировала себе ссылку. Открыла браузер и с трудом настучала на меленьком экране письмо Шарку:

"О, мой драгоценный друг, чей разум пронзает неведомое простым смертным. Смиренно прошу твоей помощи в пронзании, и обещаю, что благодарность моя будет безгранична и выражена в любом удобном эквиваленте.

Р.S. Можешь прислать только те файлы, которые добавились с прошлого раза.

Твой бессовестный друг."

Добавила ссылку, отправила, опять вернулась к еде. Очень удивилась, когда телефон сообщил о новом письме буквально через две минуты.

"О, мой далекий друг, который вспоминает обо мне только в минуту печали. Спешу сообщить, что к твоему "неведомому" подошел старый пароль. И еще, что с прошлого раза туда ничего нового не добавилось, а очень даже пропал один файл. На всякий случай, вот его имя. Благодарность должна булькать и гореть, готовься заранее, скоро я за ней прилечу).

Гендальф Мохнатый."

Стефани удивленно почесала затылок, пожала плечами и скопировала имя пропавшего файла. Зашла в папку с Книгой и вставила его в строку поиска. Открыла.

"Золотая узда, кольцо второго порядка…"

"Ясно. Все логично. Он сказал мне, что такого ритуала в его книге нет, и он ничего подобного не знает. Вполне понятно, что он решил убрать его из Книги, чтобы не раскрылась его ложь. А для большего размера архива просто поставил меньший коэффициент сжатия, все просто."

Она написала Шарку письмо с благодарностями и уверениями, что булькать и гореть для него будет только самая лучшая жидкость в мире, и что она очень ждет его приезда. С трудом доела порцию и поймала задумчивый взгляд Стивена с другой стороны столовой. Он тут же смутился и отвернулся, сделал вид, что внимательно слушает Мари, что-то ему вдохновенно втирающую с просветленным лицом.

"Что случилось? Что он такого увидел? Я просто втыкала в мобильный."

Она отнесла поднос, подошла к Мари и села рядом, задумчиво рассматривая ногти.

— Вы скоро?

Рыжая перестала подпрыгивать в ораторском экстазе и хитро прищурилась:

— А можно поинтересоваться, что тебя только что так обрадовало?

— В смысле? — не поняла Стеф, Мари показала язык, возмущаясь ее непонятливости:

— Ты только что смотрела в телефон с таким счастливым видом, как будто тебе прислали уведомление о выигрыше виллы на Мальдивах. Колись, кто написал?

Стеф неодобрительно поджала губы и склонила голову на бок:

— А ты сильно удивишься, если я скажу, что это не твое дело?

— Ну Стеф, — надула губки бантиком рыжая, нетерпеливо подпрыгивая на стуле. — Это прямо такая тайна?

— Нет, не тайна, — фыркнула Стефани, — Шарк. Успокоилась?

Мари удовлетворенно улыбнулась и буркнула Стивену:

— Я же говорила.

Эванс поморщился и сжал зубы, злобно косясь на рыжую мерзавку. Стефани с трудом сдержала понимающий смешок — Мари была потрясающе тактична… когда считала это необходимым.

Они дружно сделали вид, что ничего не произошло, вернулись на площадку и самоотверженно трудились до вечера. Стефани поедала Стивена безнадежно влюбленным взглядом, он прохладно смотрел поверх ее головы и вдохновенно играл на рояле, внимательно и мудро наставляя ее в искусстве музыки, объясняя нюансы и с легкой улыбкой слушая ее сбивчивую лесть.

"Когда ты на меня так смотришь, я почти верю, что мы познакомились неделю назад. Что мы бродим по парку и лесу, болтаем о музыке и совершенно не задумываемся ни о будущем, ни и о какой-то глупой любви. Кому она нахрен сдалась? От нее только хуже. Она все портит. Почти как магия, только без всяких потусторонних оправданий — сами виноваты."

Мелани радостно скомандовала: "Снято", а Стеф продолжила задумчиво смотреть на черно-белые клавиши, которые выглядели холодными и брошенными без его рук. Хотелось их пожалеть, погладить и доиграть хоть одну песню до конца — Стефани всегда считала, что обрывать мелодию на середине неуважительно и жестоко, в детстве ей казалось, что пианино на такое очень обижается.