Читаем Лучшая девочка на Земле полностью

Сунув руки в карманы и насвистывая мелодию из «Ленинградской симфонии» Шостаковича, Стас медленно пошел вглубь темного коридора. Сзади послышался девичий смех. Оглянувшись, Стас увидел два тонких силуэта – Аня с Никой шли в противоположную сторону, очевидно, в женский туалет. Стас повернулся, чтобы продолжить путь, как вновь услышал голоса, на этот раз мужские. Нахальные интонации одного и подхалимские другого не оставляли сомнений – это вновь были Дик и Егор. Продолжая по инерции идти по коридору, Стас терзался мыслями о Нике: неужели у нее с Бабенко какие-то отношения? Почему они то и дело оказываются рядом? Он не желал верить в то, что Нике нравится Венедикт Бабенко, но факты говорили сами за себя.

Что она нашла в этом холодном и жестоком красавчике? Неужели не видит, какой он подлец? Подмял под себя бесхребетного Лечина, помыкает им, всячески унижает. А с девчонками? Высмеивает, зовет их не иначе как бабы, телки, вешалки. Учителей презирает, однокашников в упор не видит, манипулирует ими ради своей выгоды, чтобы продемонстрировать свою силу и власть.

Пожалуй, единственный человек в классе, кто питает к нему добрые чувства, это Лиза Пронина, девочка с модельной внешностью. Взгляды, жесты, речь – все ее поведение наводит на мысль, что она любит Дика. И страдает от безответного чувства. А Дик все понимает и играет на ее чувствах. Ради развлечения и чтобы показать свою крутость, неотразимый мужской шарм и власть над женщиной, тем более такой красивой, как Лиза.

Тяжело вздохнув, Стас повернул к черному ходу, где недавно разыгрался конфликт. Под лестницей было пусто. Стас решил проверить, не притаился ли какой-нибудь любитель спиртного на верхней площадке, и стал подниматься по ступенькам. Наверху никого не оказалось. Дернув за ручку, Стас лишний раз убедился, что дверь, ведущая в коридор второго этажа, заперта, и пошел обратно. Спустившись на три ступеньки, он встал как вкопанный. Внизу была Ника. Он отчетливо услышал ее нежный голос:

–Зачем мы сюда пришли? Здесь какие-то лужи и вообще, неэстетичная обстановка. Пойдем лучше в зал.

–А мне нравится, – ответил голос Дика. – Мы здесь одни, и это главное.

–Что ты имеешь в виду?

–А ты не догадываешься?

–От тебя пахнет водкой, Дик. Пойдем обратно. Я не хочу…

–Что ты заладила: «обратно», «не хочу»? Зачем шла сюда? Книжки читать? Здесь место свиданий, «чернуха» называется, от черной лестницы пошло. Не одно поколение здесь в любви призналось.

–Так ты для этого сюда шел?

–Естественно. И ты, походу. Только поломаться решила, как все бабы.

–Что? Бабы?! Значит, я одна из твоих баб? Господи, ну и дура же я! Иди к черту, Бабенко! Ха-ха-ха! Надо же! У тебя и фамилия соответствующая. Пусти! Слышишь?! Гад!

Перескакивая через три ступени, Стас спустился вниз и застал отвратительную сцену. Дик, обхватив хрупкое тело Вероники, пытался ее поцеловать. Ника вертела головой и изо всех сил старалась освободиться из объятий парня.

Через секунду Стас был рядом с Диком. Он схватил подонка за волосы и что есть силы дернул. Дик взвыл и отпустил Нику. Повернувшись, он увидел своего обидчика и сходу бросился на него.

Стас задыхался, попав в капкан сильных рук, сомкнувшихся

на его горле. В это усилие Дик вложил всю накопившуюся ярость, всю ненависть. Одурманенный водкой, он плохо контролировал себя.

Стас, притиснутый к стене, мог лишь отталкивать более тяжелого противника, упираясь ладонями в его подбородок. Силы Стаса были на исходе, а дышать он уже просто не мог. И тут сработал инстинкт самосохранения. Собрав остаток энергии, он опустил руки, приблизился к Бабенко на шаг и согнутым коленом ударил его в пах. Тот охнул, зажмурился и, отступив назад, согнулся, прижимая руки к низу живота.

Хватая воздух жадными глотками и растирая горло ладонью, Стас пошел по коридору. Навстречу спешили Ника и Дэн.

–Ты как, живой? – запыхавшись, задал риторический вопрос Дэн.

–Мне не надо было убегать, – возбужденно затараторила Ника. – Лучше дать по башке пару раз, когда он в тебя вцепился. Или глаза выцарапать. Что он с тобой делал? Душил?

Стас кивнул и закашлялся. Ника подхватила его под руку и повела, как тяжелораненого. Дэн последовал ее примеру.

–Ребята, вы чо? – слабо сопротивлялся Стас, которому было трудно говорить. – С поля боя, что ли, ведете?

–Молчи уж, боец, – ворчал Дэн. – Лучше бы приемы осваивал. Эта сволочь просто так не успокоится.

–А кстати, где он? – с тревогой оглядывалась Ника.

–Я его… Короче, запрещенным приемом погасил.

–Жесть, – не то осудил, не то одобрил Дэн.

–И правильно! – заключила Ника. – Пусть не лезет со своими погаными поцелуями.

Дэн смутился, неопределенно хмыкнув. Стас осторожно высвободил руки и, придав голосу равнодушный тон, обратился к Дэну:

–Я не пойду в зал. Вместе подежурим. Мало ли что ему взбредет в башку.

–Можно я с вами? – быстро отреагировала Ника, опередив Дэна.

–Ну, если хочешь… – пожал плечами Стас.

Они были уже в ярко освещенном вестибюле, и Стас мог хорошо разглядеть Никино лицо.