В настоящее время я полагаю, что все эмоциональные и психосоматические симптомы являются результатом блокирования энергии и, по сути, представляют собой конденсированные переживания, пытающиеся проявиться. Я верю, что задачей терапевта является помощь в мобилизации этой энергии и способствование ее свободному течению. Терапевт не должен иметь никаких теорий или эмоций по отношению к тем переживаниям, которые проявятся в результате их правильных действий,  и должен  поддерживать процесс, пока он не оказывается опасным для клиента или окружающих. В конце концов, не важно, какое именно переживание будет у клиента, если он или она полностью в него погружаются. Это может быть детское воспоминание, рождение, кармическая сцена, филогенетический эпизод или демоническое проявление. Терапевт должен быть в достаточной степени открытым для того, чтобы поддержать пациента в его следовании за течением энергии, вне зависимости от содержания процесса. Завершение  переживательного гештальта дает терапевтические результаты вне зависимости от того, был ли процесс интеллектуально понят.  После того, как процесс завершается, терапевт и клиент могут попытаться включить события, произошедшие на сессии, в некую теоретическую модель. В зависимости от природы и уровня переживания, системой, которая предложит лучшую картографию, может быть психоанализ Фрейда, психология Ранка, теоретические построения Юнга, тибетский буддизм, алхимия, каббала или другие древние системы картографии сознания, мифология отдельной культуры или отдельная духовная система. Однако интеллектуальное осмысление следует воспринимать лишь как своего рода «зарядку для ума», не слишком важную для терапевтического прогресса. Хотя на первый взгляд такой подход может выглядеть как интеллектуальная анархия, создающая теоретический хаос, он имеет свою собственную логику и может быть связан с новой моделью вселенной и человеческой природы. Обсуждение этой темы будет представлено в новой книге. 

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Возможные социополитические применения этого наблюдения детально обсуждались в моей статье «Перинатальные корни войн, тоталитаризма и революций» (33)

2. Биогенетический закон Эрнста Геккеля утверждает, что во время индивидуального развития (онтогенеза) оргазм повторяет путь развития своего вида (филогенезис).

Эпилог: будущее ЛСД психотерапии

В предыдущих главах этой книги я попытался выразить и проиллюстрировать мою веру в то, что ЛСД – это уникальный и мощный инструмент исследования человеческого сознания и человеческой природы. Психоделические переживания открывают доступ к глубинным сферам психики, которые до сих пор не признаны традиционной психологией психиатрией.  Они также открывают новые возможности и механизмы терапевтических изменений и трансформации личности. Факт того, что спектр ЛСД переживаний кажется загадочным большинству профессионалов и не вписывается в традиционные теоретические модели не означает, что эффект ЛСД полностью непредсказуем. Безопасное и эффективное использование этого препарата требует фундаментального пересмотра теории и практики психотерапии. Однако уже сейчас можно сформулировать основные принципы психотерапии с использованием ЛСД, которые увеличивают ее результаты и уменьшают риски.

Сейчас трудно предсказать будущее ЛСД психотерапии. Тот факт, что психоделические препараты могут быть использованы безопасно и эффективно не означает, что их примет официальная психиатрия. Этот вопрос осложнен многими факторами эмоциональной, административной, политической и законодательной природы. Однако мы должны четко разграничить будущее ЛСД психотерапии и ее вклад в теорию и практику психиатрии. Я уже упоминал раньше в этой книге, что ЛСД является катализатором или усилителем ментальных процессов. Если его использовать правильно, он может стать чем-то вроде микроскопа или телескопа психиатрии. Не важно, продолжатся ли ЛСД исследования в будущем или нет, данные, полученные в ходе экспериментов с ЛСД, имеют непреходящую ценность и важность.

Теоретические формулировки и практические принципы, которые ЛСД психотерапия открыла и доказала, включают в себя новую, расширенную картографию  человеческого сознания, новые и эффективные терапевтические механизмы, новые стратегии психотерапии и синтез духовности и науки в рамках трансперсонального подхода. Кроме того, сближение мистицизма, современных исследований в области сознания и квантово-релятивисткой физики, которое наблюдается в последнее время, наводит на мысль о том, что психоделические исследования могут внести свой вклад в природу нашего понимания природы реальности.