На Джи навалилось слишком много работы: разработка проекта новой Галереи, участие в подготовке, командировки, помимо других обязанностей. У него бы давно голова взорвалась.
Девушка работала ведущим менеджером по развитию арт-проектов Галереи уже несколько лет. Она была также близкой подругой и преданной болельщицей Эспера с первых дней его работы в компании и не пропускала ни одного соревнования по плаванию.
Группа дизайнеров составляла креативный отдел компании, им была доверена концепция южной части Галереи. В конце мая должно было состояться открытие нового крыла, которое пройдёт в виде праздничного вечера.
Событие предстояло весьма масштабное, оно играло немаловажную роль в расширении фирмы. В день открытия должно было присутствовать несколько крупных инвесторов. Пока Эсперу были известны имена лишь некоторых из них. В новом крыле будут представлены работы дизайнеров фирмы «Дош» и участников наиболее известных дизайнерских компаний, давно сотрудничавших с Галереей.
— Я жду от вас решения немедленно, мисс Уаймарк. У вас есть ровно сутки, чтобы уладить этот вопрос. Нет, у вас есть двенадцать часов для принятия каких-либо контрмер.
Сотрудники из отдела развития зашевелились, готовясь расходиться по делам. Имоджен направилась к выходу.
— И ещё. Вы уверены, что то, что вы мне прислали, именно тот результат, которого мы все с вами ждём? — Дош прихватил рядом с монитором стопку распечаток и с лёгким хлопком бросил обратно. Сверху мелькнувшей пачки Эспер узнал цветное изображение одного из секторов новой Галереи. Вероятно, Джи готовила данный пакет для презентации.
— Вам не понравился материал? — разворачиваясь на пятках, уточнила девушка ангельским голосом, но Эспер видел, как ходят желваки на её лице.
— Так, хватит. Бауэрман, ты. Принеси мне кофе, живо, парень. Льда клади больше. Сегодня что-то жарковато.
Пока Эспер ходил за кофе в столовую на другом конце этажа, спор начальника и ведущего менеджера привлёк сотрудников из ближайших отделов. Возвращаясь с ледяной чашкой, Эспер уже в коридоре услышал усиленный голосовыми связками злой голос Имоджен.
Сев на место сотрудника за широченный монитор, директор что-то бубнил себе под нос и потирал переносицу, словно очки начали ему натирать, а Джи, возвышаясь над ним, кричала, что сыта уже по горло и не намерена терпеть такое отношение к своей работе. Девушка заверяла Джемисона, что всё пойдет к чертям собачьим, кричала о своём уходе.
Имоджен была права: никто не знает её работу лучше неё самой, и в случае её ухода Джемисону придётся расхлебывать всё самому. Он всегда недооценивал молодых сотрудников. Джи воспринимал как суперклей, способный скрепить прорехи любого уровня сложности.
— Мисс Уаймарк, я буду настаивать на вашем отстранении от проекта.
Спор достиг своей кульминации. Имоджен отвернулась от начальника. Эсперу было видно, как она закатила глаза.
Несмотря на то, что девушка была в мягких мокасинах, выглядела она строго по-деловому, а сейчас и вовсе походила на взбешённую фурию, даже её рыжеватые волосы растрепались во все стороны, напоминая потоки пламени.
— Я полностью согласна. Моя работа на сегодня окончена, — отчеканила менеджер, широко печатая шаг.
Вот дерьмо! Она же это несерьёзно?
Джи как заведённая обернулась на ходу. Она не могла не оставить за собой последнее слово. И это слово слышали все. Один из парней присвистнул. Сотрудницы из отдела заохали, кто-то прикрыл рот ладонью, и почти у всех глаза были в десять пенсов.
Другие сотрудники молча переглядывались.
Эспер попробовал перехватить девушку за плечо, не дав ей сдаться на полдороге: она нужна была им, когда открытие на носу. Он бы попробовал достучаться до неё и образумить, попросить не рубить сгоряча. Едва ли Имоджен кого-то слушала в своей жизни, но оставить всё как есть он не мог.
— Мисс Уаймарк, что вы только что сказали?
Тишина достигла максимальной отметки. Казалось, даже можно услышать, как бьются сердца.
Джемисон выхватил у подошедшего Эспера чашку с кофе и выплеснул на открытую папку с распечатками, ту, что Джи оставила на столе. Кубики льда разлетелись по всему столу, заскользили на пол. Раздался девичий визг. Имоджен как приросла к полу. Эспер даже не сразу сообразил, что слышит гул голосов. Джемисон, чокнутый ублюдок, обрызгал брюки и теперь отряхивал колени от капель кофе. Чашку он поставил на стол и придирчиво оглядывал свой костюм. Это стало последней каплей.
Его словно что-то ударило под дых. Эспер сморгнул оцепенение.
Ублюдок…
Кулак впечатался боссу в челюсть. Раздался глухой хруст.
От резкого толчка на столе пошатнулся монитор, и отъехала чашка. Джемисон грузно навалился на столешницу. Стоявшие рядом девушки брызнули в стороны.
Среди сотрудников Эспер видел неодобрительные взгляды. Кто-то таращился на него с откровенным восхищением. Имоджен выглядела удивлённой. Да плевать.
Он даже не разминался утром, хотя и чувствовал небывалый приток сил.