Читаем Ловкач. Часть 1 (СИ) полностью

На лице и шее Дэвиса блестели влажные дорожки. Наследник коснулся расстёгнутого ворота и провёл рукой по коже. Мокрая насквозь рубашка прилипла к телу, но ниже рёбер оставалась сухой, только слегка забрызганной. Под просвечивающей тканью проступили очертания какого-то медальона с затемнением по центру, небольшого по размеру, но что-то подсказывало — довольно весомого. Совершенно точно, это был не нательный крестик. Похоже, скорее, на семейную реликвию. Что-то постоянно ускользало от внимания… Вот только что?

Эспер расстегнул молнию на чемодане и почти сразу нащупал утеплённый пиджак.

— Возьмите, иначе вы заболеете.

Почувствовал, как тяжело забилось сердце. Мысленно надеясь, что Дэвис не начнёт отказываться, протянул ему свой пиджак, не особо рассчитывая получить тот обратно.

К вечеру температура резко упала. Свежий бодрящий ветер нельзя было назвать холодным, но от ледяной водички из шланга даже зубы свело бы.

Мужчина был не глуп. Поколебавшись секунду, осторожно высвободил руки из рукавов и снял свой жакет. Яркая иллюминация крытого перрона позволяла разглядеть, что белая рубашка приклеилась к телу второй кожей. Не успел толком разглядеть достоинства фигуры. Взгляд переместился на правое плечо Дэвиса, облепленное мокрой тканью. Глаза округлились, насколько это вообще было возможно.

Эспер проглотил почти произнесённое «вау».

Готов поклясться… Как из дневника мистера Финча. Этот же символ был у Райвена Дэвиса на внешней стороне правого плеча. Голова кругом. Как так-то? Какая здесь вообще связь? Какое имеет отношение к нынешнему владельцу лесопилки рисунок старого чудака?

Нигде — ни в одной из записных книжек, ни в самом дневнике не упоминалось имя Райвена. После изображения символа в дневнике вся следующая страница была посвящена планам на Рождество и намерении купить автомобиль для Хора Дэвиса. Этот человек как будто до сих пор жил на страницах дневника мистера Финча. Это напомнило о странной амнезии жителей Неаполисса, намного лучше знавших молодого Дэвиса, чем человека, прожившего тут не один десяток лет. Кровь ударила в голову. Открыл рот, но так и не нашёлся, что сказать. Что за ерунда тут у них происходит?

Символ был чуть темнее самой кожи. Эспер не мог отвести взгляда от влажной ткани рукава, облепившей плечо, и ясно различимого пятна. Он всё пялился, чувствуя странное волнение. Рельеф на коже точь-в-точь как на рисунке, старику удалось передать и форму, и объём. Просто сюр какой-то…

Дэвис набросил на плечи пиджак, застегнул пуговицы и поправил браслет с часами. Размер подошёл и в плечах село как надо.

Перед мысленным взором застыла странная выпуклая татуировка, больше похожая на шрамирование. Ещё одна татуировка или метка, как в «Гарри Поттере»? Вот класс… Неужели семейный обычай? Зачем только старику изображать её у себя в дневнике, да ещё так подробно? При этом от одного взгляда на порывисто начерканный рисунок возникало ощущение, что мистер Финч сделал его в состоянии сильного нервного перенапряжения. Он так отчаянно выводил линии, точно боялся позабыть.

Боялся позабыть… Тут понял, о чём же он сам пытался вспомнить последние минут десять, отчего уже начали вскипать мозги.

Семейный… семейная реликвия… семейный обычай. Вот оно!.. Эспер наконец ухватился за догадку. Всё это лишено смысла: никакой это не семейный обычай, а чепуха какая-то, и подвеска та имеет другое значение. Не стал бы такой независимый человек, как Райвен Дэвис, заниматься всей этой ерундой, следуя семейным ценностям, и при этом всячески избегать разговоров об отце.

Эспер ощутил лёгкое похлопывание по плечу.

— Надеюсь на твоё благоразумие, позаботься о себе, — Дэвис опустил ладонь ему на предплечье. — Я рад был нашему знакомству. Позаботься о своём здоровье и не беспокойся сейчас ни о чём.

Объявили прибытие экспресса.

— Кажется, твой поезд прибудет вовремя, — сказал мужчина, отстраняясь и делая шаг назад. Видеть того в своём пиджаке было непривычно и так… приятно. — Береги себя.

Взгляд Райвена сказал ему гораздо больше. Похоже, наследник гордился им. То, как он повёл себя в подвале; его упорство, граничащее с упрямством и наглостью. В этом взгляде было уважение. Эспер ощутил, как грудь обволакивает тепло.

Да что это с ним? Ещё утром он не хотел ничего так сильно, как поскорее сесть на поезд и убраться отсюда, а сейчас сожалел о своём отъезде. И ведь как назло даже пары слов выдавить не мог. Его тянуло к наследнику как магнитом, даже просто задержаться рядом ещё ненадолго.

Эспер помнил телефон особняка наизусть, но не представлял, сколько наследник ещё пробудет в Неаполиссе, прежде чем вернётся в Манчестер.

Держа в руке мокрый жакет, Дэвис поднял правую кисть и под сигнал прибывающего поезда отступил назад.

В ту же ночь начался снегопад.

* * *

За лобовым стеклом в несколько рядов растянулась вереница автомобилей, полностью перекрывая движение. Их корпоративная машина намертво застряла в пробке.

— А можно пойти пешком? — спросила девочка-мулатка, сидевшая между двумя мужчинами на просторном заднем сиденье «Ленд Ровер» 2017 модельного года.