Читаем Ловец снов полностью

— Спасибо, и, хотя я могу понять это, навязчивые мужчины мне не нравятся. Мне всегда необходимо мое личное пространство, понимаешь? Я имею в виду, что на самом деле я едва тебя знаю.

Арик кивнул, чувствуя от ее слов острую боль в груди. У него перехватило дыхание и то, что она сказала, причинило ему настоящие страдания.

Что это были за ощущения? Он никогда не чувствовал ничего подобного. В его горле будто скопились странные, душащие его эмоции. Это была телесная, осязаемая боль, хотя для нее не было реальных физических причин.

Он не понимал.

— Пожалуйста, Мегеара… Не сердись на меня. У меня осталось не так много времени, и я не хочу…

Геари вопросительно вскинула голову на его случайную оговорку.

— Что ты имеешь в виду, говоря, что у тебя осталось не так много времени?

Арик напрягся, будто проболтался о том, чего не собирался говорить.

— Я имел… Это пустяки. Забудь все, что я сказал, — он прошел мимо нее.

Геари осторожно потянула его за руку, чтобы остановить его…

— Подожди секунду. Вернемся к твоей фразе «не так много времени». Что ты имел в виду? Ты собираешься вернуться в горы?

Он выглядел робким. Не тем, кто твердо стоит на земле. Что-то в его поведении напомнило ей маленького мальчика.

— Нет.

— Ты собираешься вернуться к Солину или к себе домой?

Арик покачал головой.

— Тогда что конкретно ты имел в виду?

Он посмотрел на нее взглядом, полным боли, и от этого у Геари защемило сердце.

— У меня не так много времени осталось здесь, в этом мире. Мне придется скоро покинуть его… очень скоро.

Подсознательно Геари подозревала, что он имел в виду, но сказанное вслух, это резануло ее намного больше, чем следовало. Она потеряла так много близких ей людей, что мысль о его смерти таким молодым разрывала ее на части.

— Ты хочешь сказать, что умираешь?

Арик колебался. Он не хотел лгать ей, но в некотором смысле это не было ложью. Через две недели, как человек, он перестанет существовать и больше никогда здесь не появится. В конце концов, он решил быть абсолютно честным.

— Моё тело в назначенный срок исчезнет.

Геари прикрыла рот рукой — её охватила жалость. Он выглядел таким здоровым и цветущим. Как мог такой человек быть при смерти? В этом не было смысла.

— Ты уверен?

Мужчина нервно усмехнулся.

— Да. Более чем уверен.

— О, Арик, мне так жаль.

— Не надо. Я рад был побыть здесь хоть какое-то время.

Эти слова глубоко тронули девушку. То, что он мог относиться к такой ситуации позитивно, не злиться и не огорчаться из-за несправедливости, говорило многое о его характере.

Она даже и представить не могла, чтобы ей сказали, что жить ей осталось совсем немного. Как это было бы ужасно.

— Я не понимаю, зачем тебе нужно было помогать мне с разрешениями, когда, наверняка, ты мог провести время лучшим способом.

Красивые черты его лица смягчились.

— Я хотел, чтобы до моего ухода исполнилась твоя мечта.

Геари не могла понять его альтруизм. Люди такими добрыми не бывают.

— Почему?

Арик дотронулся до её лица своей теплой рукой.

— Ты живешь своей жизнью, словно она редкое сокровище, которым нужно наслаждаться. Ты находишь удовольствие в простых вещах и никогда не воспринимаешь их, как нечто само собой разумеющееся. Я увидел радость на твоем лице и воодушевление в твоих глазах, когда ты прижала разрешения к своей груди. Я никогда не видел ничего прекраснее. Я действительно думал, что ты заплачешь от радости, что можешь прикоснуться к ним. Я был бесчувственным всю свою жизнь, Мегеара, но ты…. ты ощущаешь все на таком уровне, который я даже не мог себе представить, и на короткое время я захотел тоже это почувствовать.

И Геари чуть не расплакалась при мысли о том, что этот мягкий, тактичный человек умирает.

— И сколько тебе осталось?

Горе добавило блеска его глазам.

— Две недели.

— Две недели? — повторила она, и ее грудь сдавило еще больше, а сердце защемило от жалости. — Ты шутишь?

— Нет.

В его взгляде, несомненно, была искренность. Этот человек действительно умирал или, во всяком случае, верил в это.

— Ну, может быть, твой врач ошибается. Ты узнавал мнение другого врача?

— Мне не нужно еще одно, — ответил Арик с горькой усмешкой. — В этом можешь положиться на меня. Через две недели меня здесь уже не будет, во всяком случае, в человеческом облике.

И в его последние дни он пришел, чтобы помочь ей…

— О, Арик, — выдохнула Геари, притягивая его к себе и обнимая. — Мне очень жаль.

Арик перестал дышать, когда её грудь прижалась к его телу. Его охватил жар, всё его тело горело. В паху напряглось и набухло, и мужчина подумал о том, сколько раз они дотрагивались друг до друга таким образом, а он ничего не чувствовал.

— Я могу тебе чем-нибудь помочь?

— Просто побудь со мной немного.

Почему это так важно для него?

— Разве у тебя нет девушки или кого-то из семьи, с кем стоит провести время?

— Только Солин, но, честно говоря, он не настолько терпелив. Даже если бы он и был терпеливым, это было бы пошло.

Подавив смешок, Геари обняла его крепче.