Читаем Love Lockdown (ЛП) полностью

— Лучше не надо, — зловеще рычит Хидан. — Потребовалась гребаная целая вечность, чтобы убрать все дерьмо Тоби из его маленького дурацкого проекта декоративно-прикладного искусства.

Встревоженный Дейдара роняет нож для стейка обратно на кухонный стол.

— Боже, Учиха, ты просто не понимаешь шуток, гм.

— У тебя очень плохой вкус, — фыркает Итачи.

— Ну, мне бы вообще не пришлось так шутить, если бы ты мог просто заставить куноичи, наконец, влюбиться в тебя, гм! — возмущается Дейдара. — Прошла уже неделя наших стараний и никаких результатов, гм!

— Что ж, — указывает Кисаме, как обычно, выступая в качестве единственного голоса разума. — Иногда она зовет его Итачи, что лучше, чем Учиха, и определенно лучше, чем когда она просто смотрит на него с глубокой дрожью ненависти.

— О, трахните меня, — ворчит Дейдара, плюхаясь на стол.

Итачи раздраженно делает глоток витаминной воды.

— Я бы предпочел воздержаться от такого гнусного поступка. Кроме того, крайне важно, чтобы мы сохраняли реалистичные ожидания в отношении этого вашего… э-э… извращенного маленького начинания. Было бы чистой глупостью предполагать, что Сакура «влюбится» в меня за полторы недели плена…

— Да, она должна быть чертовски сумасшедшей, — отвечает Хидан, кивая в знак согласия.

Тоби плюхается обратно на свой мешок с фасолью, вздыхая.

— Я просто хочу, чтобы у тебя было больше времени, чтобы завоевать сердце Сакуры-сан, Итачи-сан.

— Вот тут-то и вступает в игру вся эта штука с ударом ножом в глаза, гм, — услужливо указывает Дейдара. — По словам маленького Красноглазика, предстоит еще один сеанс исцеления, прежде чем его глаза будут полностью излечены, и после этого мы не можем с честью удерживать ее, гм.

— Тот же принцип применим, если я ударю тебя четыреста тридцать семь раз тупым ножом для масла, — невозмутимо говорит Итачи. — Ее честь как медика обязывает ее остаться и позаботиться о нас.

Он на мгновение закрывает глаза; его зрение и чувствительность к свету значительно улучшились благодаря ее исцелению, но ему еще многое предстоит исправить. Когда он снова открывает глаза, то видит, что его товарищи смотрят на него с выражением ужаса, написанным на их лицах.

— Ох, Итачи-сан пошутил! — Тоби визжит, пораженный такой новизной такого происшествия.

Итачи вздрагивает.

— Всего лишь едкая острота.

— Сколько их было за последнюю неделю, гм? — спрашивает Дейдара, широко раскрыв глаза.

Кисаме на мгновение задумывается.

— Пять.

— Вот так, Красноглазик, — произносит Хидан, указывая на Итачи. — Разгневанная куноичи оказывает на тебя чертовски негативное влияние.

— Я в курсе, — скучно протягивает Итачи. — На самом деле, в настоящее время я подвергаюсь высокому риску покрасить свои волосы в ярко-розовый цвет и сдаться Конохе, умоляя об искуплении и предлагая им свою непоколебимую лояльность в обмен на привилегию лечить тяжело раненых людей с помощью моей нежной и любящей натуры.

Тишина встречает это экстраординарное заявление.

— Действительно? — потрясенно спрашивает Тоби.

— …Нет.

— Никогда больше так не делай, — вздрагивает Кисаме. — Это просто неправильно.

— Хватит уже едких острот, гм! — восклицает Дейдара, расстроенно размахивая руками. — Нам срочно нужно придумать новый и очень жесткий план! — В единственном голубом глазе, не прикрытом внушительной массой волос, сияет тревожно аналитический взгляд. — Учиха, Сакура хоть догадывается, что она тебе нравится, гм?

— Нет, — отвечает Итачи, и в его голосе звучит нелепая благодарность за этот маленький факт.

Дейдара опускает голову на руки.

— Нисколечко, гм? Даже подозрений нет?

— Разве таинственная и непостижимая сторона моей личности ничего для тебя не значит?

— Да ладно, — услужливо уточняет Кисаме, видя, что Дейдара рискует начать биться головой о стол, пока он не потеряет сознание. — Это Учиха Итачи, о котором мы говорим. До сих пор все думали, что он асексуален. Даже мы. Конечно, маленькая куноичи Листа не знала бы, если бы он интересовался ею.

— Тут присутствует чертова сила зла, — мрачно возражает Хидан. — Я бы ничего не поставил против нее.

Дейдара выпрямляется, решительно глядя на Итачи.

— Твой последний сеанс исцеления произойдет через час, а сегодня вечером мы должны отправить ее обратно в ее счастливую маленькую деревушку. И если и есть лучшее время для того, чтобы продемонстрировать подавляющее очарование Учихи, то оно наступает сейчас, гн.

Итачи отшатывается, как будто заявление Дейдары было самым подлым оскорблением.

— У меня нет такого… очарования.

— Что ж, это ставит тебя в довольно затруднительное положение, гм, — задумчиво говорит Дейдара. — Поскольку ты должен дать ей тонкие подсказки, что ты можешь заинтересоваться ею во время предстоящего сеанса исцеления, но если ты будешь делать это в своей обычной социально отсталой манере, ты можешь просто все испортить.

— Ой, нет, Дейдара-сэмпай, — возражает Тоби. — Итачи-сан никогда не мог все испортить!

Он бросает на Итачи взгляд с таким неподдельным обожанием, что Учиха чуть не поник.