Лишь «призраки» доживают до настоящей старости в пятьдесят-шестьдесят лет. Они настоящие мастера выживания и маскировки, их просто невозможно обнаружить. Потому, собственно, их и прозвали призраками. Потом и они быстро дряхлеют и умирают, зачастую кончая с собой, чтобы не страдать от голода.

«Значит, и мне грозит скорая поимка… и отправка на Зону», — осознал простую истину Сиволапый.

Это понимание заставило Сиволапого испытать нехорошее чувство обреченности, так что его бросило в жар, а потом в холод, что он аж поежился.

— Нет… меня не взять… не взять! — яростно зашептал он.

— Что, босс? — повернулся к нему ближайший подручный по кличке Пестун, не очень умный, но надежный и преданный помощник. По крайней мере, от него не стоит ждать какого-то хитрого подвоха и ножа в спину.

— Ничего… дай соку.

— Держи.

Сиволапый промочил горло ананасовым соком, и ему стало чуточку полегче. У него появилась идея, как обмануть судьбу и не попасть в клетку с последующей отправкой на Зону.

— Дай и мне… — попросила деваха, доставшаяся Сиволапому по наследству от предыдущего вожака.

Сиволапый поморщился и отдал остатки сока. Девка не в лучшей кондиции, но других нет, а на безрыбье и рак — рыба. Конечно, если выпить, то вообще лебедем станет, но злоупотреблять спиртным «крысам» не рекомендуется. Не успеют убежать в случае облавы. Многие так попались «крысоловам» пьяными в зюзю.

— Эй, братва! — привлек Сиволапый к себе внимание своих людей.

Шушукавшиеся «крысы» замерли и обратили взоры на своего вожака.

— Что, босс?

— Скольких достойных бойцов мы потеряли за последний год?

«Крысы» немало удивились подобному вопросу, о чем свидетельствовали взлетевшие на лоб брови большинства.

— Много… семерых, — сказал кто-то.

— Восьмерых, босс, — дал точный ответ Пестун.

— Восьмерых, — подтвердил Сиволапый. — А скольких мы потеряем еще? Скольких поймают проклятые «крысоловы» и отправят на Зону?!

«Крысы» недоуменно переглянулись между собой, не понимая, что это с их боссом сегодня творится. Уж не расклеился ли он со всем сопутствующим набором последствий?

— Ты это к чему, босс? — нахмурившись, наконец спросил вожака боец по кличке Боров.

— Я это к тому, что нас рано или поздно ждет одна и та же судьба.

— Это понятно, босс… но к чему ты об этом заговорил? Я что-то не догоняю…

— К тому, что я, кажется, знаю, как нам избежать подобной участи.

— Как?! — загалдели со всех сторон «крысы» и даже придвинулись поближе к вожаку, чтобы не пропустить ни одного его слова.

— Мы должны стать силой. Реальной силой, такой, чтобы «крысоловы» и думать не смели спускаться под землю в наши владения!

— Да!

— Верно! — поддержали его «крысы».

— Для этого мы должны объединиться. Стать одной большой стаей, Стаей с большой буквы, с единым вожаком — «крысиным» королем. Сейчас под землей множество маленьких стаек, которая каждая сама за себя, и «крысоловы» гоняют нас как хотят. Да еще мы между собой то и дело махаемся, играя этим только на руку нашему врагу, ослабляя друг друга… Это неправильно. Мы как одинокие прутики развязанного веника, и «крысоловы» ломают нас одного за другим. Если мы объединимся, то уже сами можем ломать сунувшихся к нам «крысоловов»!

Снова «крысы» поддержали своего вожака согласными криками. Будущее теперь виделось им всем в гораздо более приятном свете.

«Крысам» так понравилась идея объединения стай, что они даже не видели возможных отрицательных моментов такого развития событий. Сам Сиволапый минусы своего плана различал, но в данном случае плюсов было больше, и главный из них тот, что именно он станет тем самым «крысиным» королем, будет сидеть в самом безопасном месте подземелья под защитой рядовых «крыс» и в случае чего всегда успеет унести ноги. А это самое главное. «Крысоловы» до него не никогда дотянутся, и он не отправится на Зону и будет жить на Земле в свое удовольствие еще очень и очень долго.

А жить он будет действительно в свое удовольствие, потому что как только он окажется в безопасности, ему не составит труда обеспечить свой быт приятными мелочами, которых лишен сейчас.

«И даже… женщиной, — совсем уже размечтался Сиволапый. — Настоящей чистой женщиной, а не этой грязной подстилкой».

Женщину вдруг захотелось так сильно, в полную силу разыгрались эротические фантазии, что Сиволапому даже пришлось сменить позу, чтобы кое-что, выросшее между ног и начавшее давить на штаны, не выдало его настроения и желаний. Его «королева» могла понять это неправильно и начать приставать, а ее он сейчас хотел меньше всего.

«Ничего, скоро у меня все будет, — подумал он. — Совсем скоро…»

17