Читаем Лорд Воронов полностью

— Вы не должны поддаваться отчаянию, — сказал Алони, встревоженный словами женщины. — Скарато прожил пару лет под гнетом тирана. Наш мир — Ликей, планета, на которой я вырос — угнетали бессчетные поколения. Я родился в тюрьме и считался виновным лишь потому, что моей матерью была женщина, пытавшаяся протестовать против надзирателя, который не позволял ей отдыхать во время беременности. Я не знал, что может быть иная жизнь, кроме как в заключении и тяжелом труде, от первых моих воспоминаний и до того, как я стал достаточно взрослым, чтобы поднимать лазерную кирку. Были там и такие, чье единственное преступление заключалось в том, что их предки семь или восемь поколений назад чем — то прогневили деспотов Киавара.

Эти мысли злили Алони даже по прошествии столько времени, и он уперся пристальным взором в скаратоанского лидера. Космический десантник невольно сжал кулаки, скорчившись от воспоминаний.

— Если ты капитулируешь перед угрозой Гора, то приговоришь своих людей к той же участи, — продолжил Алони. — Я понимаю, это непросто, но лорд Коракс показал нам, что не нужно просто принимать выбор между рабством и смертью. Может, ради самих себя, нам нужно пожертвовать жизнями, но такая жертва подарит свободу другим.

Наима была поражена страстностью аргументов Алони. По прибытии на Скарато легионер обнаружил, что сопротивление здесь ширилось, готовясь превратиться в назначенное восстание. Тогда не было нужды в риторике и доводах — все, что требовалось, это заверение в том, что если сопротивление не угаснет, Гвардия Ворона обязательно придет на помощь. Одно его присутствие воспламенило надежду. Какое — то время Наима, чуть нахмурив лоб, всматривалась в командора. Алони задавался вопросом, встревожило ли ее сказанное, или же она пыталась понять, простак ли он. Баронесса почесала мочки ушей, верный признак глубокого раздумья, как уже успел отметить для себя Алони.

— Гарантий нет, — произнес Коракс, сев обратно и обхватив руками подлокотники трона. Его лицо окаменело. — Только выбор.

— Понимаю, — медленно ответила Наима. Она посмотрела на Алони, и прочла в его глазах жалость.

Космический десантник предпочел смолчать. Благодаря Кораксу и Императору он больше никогда не станет жертвой.

Наима выпрямилась и потянула кайму своей куртки, распрямляя ее. Когда она заговорила снова, ее тон был уже более деловым.

— Благодарю вас за веру в людей Скарато, лорд Коракс. Надеюсь, вы всем удовлетворены.

— Все просто отлично, — сказал примарх. — Гостеприимность твоих людей сравнима только с их эффективностью.

— Не могли бы вы дать мне еще один совет? — спросила Наима. Коракс кивнул. — Я уверена, что найдутся те, кто после вашего отбытия попытается взять власть в свои руки. Фракции, которые благоденствовали при оккупационном режиме, захотят вернуть потерянное. У меня, как и у вас, нет желания начинать погромы и преследовать неугодных, и я должна доверять тем, кого назначу на руководящие должности. Как можно быть уверенной в их мотивах? Как вести их, не веря им?

— Впервые с этой проблемой я столкнулся, когда планировал восстание на Ликее, — ответил примарх. — Любое начинание измеримо лишь силой воли самого слабого участника. Некоторые заключенные были готовы предать меня взамен на привилегии от стражей. По большей части мои люди знали их поименно, но с ростом движения я уже не мог лично оценивать каждого нового бойца, становившегося под мои знамена.

В ходе приготовлений я создал тактические группы, которые почти ничего не знали друг о друге, так что ни одна отдельная ячейка не могла разрушить самого движения. Тем не менее для гарантирования безопасности этого было недостаточно. Когда настало время открытой борьбы, я реорганизовал отряды, перемешав лидеров и рядовых членов так, что если и успел возникнуть какой — то заговор, он непременно развалился. Стремительность и решительность — лучшая защита от тлетворного влияния. Когда сила считается данностью, наступает бездеятельность, а тогда… Что ж, все мы познали цену тлетворного влияния.

— Таким же образом мы поступим с воинами из других легионов, которые ответят на наш призыв, — добавил Алони после того, как Коракс замолчал. — Существующие формации будут разделены, командиров и сержантов разбросают по различным отрядам. Бывшие должности и убеждения более не будут иметь значения. Если появится группа предателей, скрывающих свои намерения, в результате разделения они вряд ли сумеют совершить предательство. По нашему опыту, новообразованной формации не потребуется много времени, чтобы определить, кто кому верен в действительности.

— Коренная реорганизация? — переспросила Наима. — Не уверена, что знати это понравится.

— Это единственный способ разрушить силовые блоки и обеспечить взаимный интерес, — сказал Коракс. — Со временем тебе самой придется оставить свою должность, чтобы люди видели, что ты делаешь это не ради сохранения собственной власти.